Притворись моей любовью

Мне ещё перед Тайджеем извиниться надо. Только бы он ничего не попросил взамен!

Рудио вздохнула, чмокнула Иветту в мокрый нос и побежала искать оборотня.

Остаток дня я провела в заботах. Только садилась за подготовку к завтрашним занятиям, как обязательно кто-нибудь приходил. И если вчера я раздавала знакомым свои голубые и синие платья, то сегодня принимала обратно. Иногда, что приятно, с маленькими подарочками в виде конфет, печенья или заколок. Акси всё это время резвился, лез к каждой студентке, но потом устал и тихо лежал в водном пузыре. Он у меня ещё маленький, но когда-нибудь вырастет, окрепнет и станет похож на большую саламандру.

Иветта тоже не скучала: ходила за мной по комнате, коготками цеплялась за край юбки и волочилась по полу. Вот такие у неё представления о развлечениях.

Рудио не пришла на обед и пропустила ужин. Я уже начала нервничать, всё-таки где-то здесь бродит демон, как она ворвалась в комнату с огромным количеством тарелок и свёртков с едой.

— Что я тебе сейчас расскажу! — завопила она с порога. — Галка! Наша Мымра ожила!

Я аж на кровать села.

— Да вот так! Теперь её призрак бродит по Академии.

Мне Джуел сказала.

— Это сплетница тебе что угодно скажет.

— Да нет же. Аллет тоже говорит. Мымра на похоронах воскресла, поэтому их так быстро и свернули.

— Ну и ну, такая редкость! Я про призраков только слышала, но никогда сама не видела. А как ректор?

— Не знаю. Наверняка выслушивает от Галки, что похороны были не такими, как она мечтала.

— А про свою смерть что она сказала?

— Да ничего. Не помнит. Джуел говорит, что призраки не запоминают последние дни перед смертью.

И что же теперь? Призрак так и будет жить в Академии вечно? Тогда студентов в СУМРАКе явно поубавится.

Не все были готовы выносить госпожу Галгалею при жизни — стыдно признаться, но я думаю, многие просто надеялись на её безвременную кончину — а уж после смерти вряд ли её характер улучшился.

Рудио скинула свёртки на стол и принялась разворачивать. Любопытство одержало верх, и я подошла к столу, заглянула подруге через плечо. Рудио раскладывала по блюдцам терпко пахнущую тёмную еду.

— Смотри, — она широко развела руками с таким довольством, словно сама готовила.

— Это еда дроу.

— Дроу? — удивилась я. А потом меня осенило, и я отчаянно замотала головой: — Нет, нет, нет! Только не говори, что ты влюбилась в господина Элкатара, собираешься участвовать в отборе невест и стать его женой.

— Пф-ф, — фыркнула Рудио, совсем как Иветта, — больно надо. Не люблю фиолетовый. Это для нашей кошечки. Всё-таки я думаю, что она мур… мур… ну зверушка из подмирья дроу. В столовой появилась еда для дроу, и я хочу попробовать накормить Иветту. Ну должна же она что-то любить.