Приверженная

— Очень рады, что этот дом снова будет жить! — первой подала голос женщина.

— Мало кто в наше время умеет ценить историю. — кивнул старик. — Спасибо вам за это!

Мне понравился дом. В нем я ощущала уют, комфорт и покой. Зал, спальня, спортзал, ванная комната… Даже не удалось осмотреть все! Тамара Геннадьевна, домоправительница, показала мне лишь первый и второй этаж, а я уже утомилась. И пусть адреналина бы хватило обойти весь дом десять раз и изучить каждую деталь, я решила пожалеть детей и временно отложить осмотр.

— Скажите, а где господин Шакалов? — спросила я женщину, припоминая, что Кирилл умудрился сбежать еще в самом начале экскурсии.

— В кабинете на третьем этаже. — воодушевленно прошептала та. — С радостью вас проведу!

Широкая деревянная дверь была украшена тонкой позолотой. Нет, она не выглядела броской или лишней. Наоборот… Так и хотелось коснуться дерева, провести пальцами по выпуклостям и ощутить запах дуба. Моя рука скользнула к витиеватой ручке и та прогнулась, слегка открывая дверь. Я было отпрыгнула от нее, но было уже поздно. Меня заметили.

— Входи, — буднично позвал Кирилл, будто только и ждал, когда я постучу в дверь. Неужели мой приход был таким очевидным?..

Набравшись смелости, я толкнула дверь и утонула в темно-каштановых тонах, заблудилась в роскоши, смешанной с современными стилями и техникой.

Кирилл сидел за столом. В его руках была какая-то черная папка. Он крутил ее в руках, пытаясь скрыть нервозность, но выходило плохо. Он то и дело отводил от меня взгляд, пока наконец не кивнул на шикарное бархатное кресло с высокой спинкой.

— Присядь. — коротко сказал тот. — Нам нужно обсудить важные вещи.

— Этот дом шикарный, Кирилл! Я никогда не думала, что ты можешь быть таким внимательным к деталям и, знаешь… — эмоции на самом деле переполняли в тот момент. Я не знала, как передать Шакалову свое состояние и признательность. Не знала, как правильно сказать «спасибо», чтобы он ощутил то, как много значит для меня такой его жест. Но мужчина резко закашлял, заставляя замолчать и буднично протянул:

— Нет. Это сейчас не важно… Давай обсудим развод.

Какое-то странное молчание появилось в комнате. Звенящее, липкое, обтекаемое… Я словно все больше тонула в мягких подушках кресла, сама не понимая, почему слова мужчины так на меня влияют.

— Ты хочешь оформить его… Сейчас? — горло пересохло, странный тремор поселился в теле, как вдруг я поняла, в чем причина такой реакции.

Мне было страшно. Глупо и банально! Пройдя столько дорог, я впервые в жизни ощущала лютую не хватку кого-то в моей жизни. Словно была один в поле воен. Не было больше родителей, не было подруг и друзей, и даже парня.