Приверженная

Сейчас она сама заканчивает институт, занимается йогой, получает диплом по готовке и ведет хозяйство в доме.

— Не вероятно! Где вы заполучили это сокровище? Мне тоже срочно нужна жена! — пошутил один из мужчин, имя которого я не запомнила. На его пальце не было кольца, но я видела, как жадно он поглядывал на Марту.

— Уверенна, там уже таких распродали. — саркастично подал голос Йохан и расхохотался, словно не было в этом никакого двоякого значения. Инициативу поддержали коллеги и даже Шакалов не понял, в чем дело.

Но меня буквально парализовало. Сердце застучало в висках, стало жарко и внезапно смех в голове начал отдалятся. Комната становилась все меньше и меньше, стены давили, а взгляд Йохана перестал быть просто неприятным. Теперь он откровенно пугал.

Именно в этот момент Майя спасла маму от позора бессмысленного бегства. Оно попыталась укусить меня за грудь, что могло значить лишь одно: девочка проголодалась.

— Простите, но девочкам пора перекусить. — встав с места, я привычно подхватила девочек под обе руки, как увидела нахмуренную Марту.

— Нет, останься! Ты ведь проводишь с ними все время. Почему бы вечером не расслабиться?

— Тамара уже кормила их смесью, и я не хочу обременять пожилую женщину лишними хлопотами. — подойдя к Шакалову, я поцеловала его в щеку и сделав голос как можно будничнее, прошептала: — А теперь займитесь работой. Я вам явно мешаю.

Там, на верху, покормив дочек, мне становилось все хуже и хуже. От одной мысли, что Йохан Вольф находится в НАШЕМ семейном доме, становилось жутко. Сперва я думала, что дело в прошлом, которое невольно возвращается в памяти, от одного его присутствия, но… Было там что-то еще. Интуиция что-то кричала, пыталась донести очевидное, но я никак не могла ее понять.

— Черт… — вконец утомив себя терзаниями и домыслами, я упала на кровать. В доме с этими немцами я не ощущала себя в безопасности. Вывод был только один: — Они пришли сюда по моей инициативе, значит из-за меня могут и уйти.

Собравшись духом, я уложила девочек в их люльки и поправив прическу, направилась вниз. Уверенна, одного моего слова будет достаточно, чтобы закончить эту пытку. Пусть решают бизнес в офисе, а не тут.

Я положила руку на дверцу, но не успела ее толкнуть, как кто-то толкнул ее с той стороны. Мне едва удалось отпрыгнуть, чтобы напор не сбил меня с ног. В голове пронеслась пугающая мысль: «Это не Тамара или Кирилл. Они не сносят двери на своем пути»

И я оказалась права. На пороге стоял Он. Немного взвинченный, перепуганный и растерянный, но безумно самодовольный и гордый собой. Он смотрел на меня, как кот на мышку, которая обречена на поимку и мучения. В его взгляде не было жалости и сомнения. Только злоба. Лютая, всепоглощающая и вызывающая мурашки.