Приверженная

 — мужчина дважды сглотнул, словно следующие слова давались ему с трудом, но все-таки отчеканил: — Мне очень жаль, что я упустил один из аспектов жизни, тем самым подвергнув опасности тебя и детей. Соответствующие выводы сделаны…

Мне не стоило этого делать, но поступить по-другому я просто не могла. Возможно свою роль сыграли гены Шакаловых, которых во мне теперь было больше, чем меня самой, но слова сами вырвались наружу, перебивая тем самым мужчину:

— Если это правда, и ты на самом деле прошел через столько препятствий, чтобы довести меня в больницу, то… То я должна сказать тебе спасибо, что спас моих детей. — Кирилл напрягся, его губы превратились в плоскую линию, а руку упала на мой живот.

— Это мои дети, Черничка. Ради них я готов на все. — рыкнул он, поглаживая пальцами округлость. И пусть его действия были осторожными, я все равно ощущала его давление, напор и невозможность сопротивляться. В борьбе за потомство он был готов сражаться даже с их матерью…

Не знаю, что произошло, но на глаза накатили слезы, а предательская губа затрусилась от напряжения и сдерживания эмоций.

— Ты пошел на все это… только потому что во мне твое семя, правильно? Естественно, инкубатор ценная вещица! — сама не знаю, откуда внутри взялось столько агрессии, но когда Кирилл потянулся ладонью к моему лицу, я ударила по его руке с раздраженным рыком и попыталась отсесть. Он не дал. Сжал руками и ногами так, чтобы мое лицо оказалось напротив моего. Его странные черные глаза с сомнением смотрели в моим и искали что-то, что не могли найти. Не выдержав, я грубо съязвила: — Черт, что ты там все время ищешь?!

— Ответы. — выдохнул он и прежде чем я успела что-то сказать, мужчина поцеловал меня в губы. Быстро, резко, не давая даже возможности опомниться. Я все еще находилась в прострации, когда его язык проник внутрь и погладил мой, затем очертил контуры, словно помечая свое. Шакалов лишь на секунду отстранился, чтобы перевести и без того сбивчивое дыхание, его руки поползли под халатом, осторожно касаясь груди… Этого мгновения хватило, чтобы я пришла в себя.

Помню громкий хлопок по его щеке. Сама не ожидала, что могу так сильно ударить. Я видела, как раскраснелась смуглая кожа на лице мужчины и тут же вспомнила Наташу, стоящую на коленях рядом с пахом мужчины. Меня замутило и я резко дернула ручку двери. Слава богу, машина уже остановилась, позволяя выбежать наружу и опорожнить желудок за ближайшей пальмой.

— Ого! Впервые вижу такую реакцию на поцелуи… — саркастично пропел женский голос совсем рядом, но я так и не набралась сил, чтобы посмотреть, кто именно позволяет себе так фривольничать рядом с Шакаловы.