Путешественница. Книга 2. В плену стихий

Разве Макдью вам не рассказывал? Когда англичане закончили работы в крепости, они сослали всех заключенных шотландцев на принудительные работы в колонии, но двоих оставили: Макдью, поскольку он был большим человеком и они боялись выпустить его из-под надзора, и меня, так как без руки работник из меня никудышный. Его держали где-то в Англии, а меня — что с меня было взять? — помиловали и освободили. Так что сами видите: если бы не боли, которые порой донимают по ночам, этот случай можно было бы назвать крупной удачей.

Он поморщился, сделал вид, будто растирает несуществующую руку, и пожал плечами.

— Понятно. Значит, вы сидели вместе с Джейми в тюрьме. Не знала.

Я стала рыться в ларце со снадобьями, гадая, способно ли обычное болеутоляющее средство вроде ивовой коры или конской мяты с фенхелем помочь против фантомных болей.

Иннес справился со стеснительностью и заговорил более свободно:

— Ну да. Я наверняка умер бы с голоду, не найди меня Макдью после своего освобождения.

— Он отправился вас разыскивать?

Краешком глаза я приметила блеск голубого шелка и поманила мистера Уиллоби к себе.

— Ага. Как только его освободили, он начал выяснять, что стало с его товарищами, пытался разузнать о тех, кого отправили в Америку: нельзя ли вернуть их обратно. — Иннес пожал плечами; отсутствие руки сделало этот жест более выразительным. — В Шотландии из наших не осталось никого, кроме меня.

— Понятно. Мистер Уиллоби, есть соображения насчет того, что тут можно сделать?

Жестом пригласив китайца подойти и взглянуть, я объяснила ему суть проблемы и была рада услышать, что соображения у него имеются. Мы снова сняли с Иннеса рубашку, и я, стараясь все запомнить, внимательно проследила, как мистер Уиллоби сильно надавил пальцами на несколько точек в области шеи и спины, объясняя по мере возможности суть своих манипуляций.

— Рука пребывать в царство духов, — пояснил он. — Тело нет, оно оставаться в верхний мир. Рука пытаться вернуться; ей не нравится быть отдельно от тело. Это ан-мо, жать-пожать, это остановить боль. Но еще мы будем сказать рука, что она не возвращаться.

— И как ты это сделаешь?

Иннес начинал проявлять заинтересованность.

Моряки не позволяли мистеру Уиллоби прикасаться к себе, поскольку считали его нечистым язычником и извращенцем до мозга костей, но Иннес знал китайца и работал с ним уже два года.

Мистер Уиллоби, видимо по причине нехватки слов, покачал головой и стал рыться в моей коробке с медикаментами. Обнаружив склянку сухого перца, он встряхнул ее, отсыпал щепотку и поместил на маленькое блюдо.

— Есть огонь? — спросил он.

У меня имелись кремень и кресало. Искра легко воспламенила сухой растительный порошок.