Путешественница. Книга 2. В плену стихий

Когда я попыталась осторожно пальпировать, больной изогнулся, как червь, издавая жалобные стоны.

— Все в порядке, — успокаивающе сказала я. — Вам помогут, скоро вы почувствуете себя лучше. Только позвольте заглянуть вам в глаза. Да, вот так.

Я оттянула веко: зрачок на свету сузился, веки покраснели.

— Боже, уберите свет! — выкрикнул больной, отдергивая голову. — У меня от него голова раскалывается!

Итак, лихорадка, рвота, брюшные спазмы, головная боль.

— Знобит? — спросила я, махнув рукой гардемарину, чтобы убрал фонарь.

Ответом послужил утвердительный стон.

Даже в полутьме я видела, что многие люди на подвесных койках завернуты в одеяла, хотя здесь, внизу, было душно и жарко.

Если бы не головная боль, можно было бы подумать, что это обычный гастроэнтерит, но эта хворь не поражает столько людей сразу. Сомнений нет, это не отравление, а какая-то цепкая зараза. Не малярия, пришедшая в Европу с Карибских островов. Скорее всего, брюшной тиф, носителем которого является обыкновенная вошь. Эта болезнь стремительно распространяется при скоплении большого количества людей в тесном пространстве, что как раз и имело место.

Первый осмотренный мною моряк не имел характерной сыпи на животе, второй тоже, но у третьего этот симптом обнаружился, так же как и розовые, в форме розеток пятна на липкой белой коже. Я крепко надавила на одно такое пятнышко, и оно исчезло, появившись снова, как только кровь прилила к коже. С трудом протиснувшись между гамаками, я вернулась к трапу, где меня дожидался капитан Леонард.

— Это брюшной тиф, — заявила я со всей уверенностью, какая только была возможна без микроскопа и анализа бактериального посева.

— О! — Судя по выражению осунувшегося лица, капитан был полон дурных предчувствий. — И как по-вашему, миссис Малкольм, можно с этим что-нибудь сделать?

— Да, можно, но это будет непросто. Больных необходимо вынести наверх, вымыть и уложить там, где они смогут дышать чистым воздухом. Кроме того — это уже вопрос выхаживания, — им необходимо жидкое питание. Очень много воды — кипяченой, это очень важно! — и обтирания, чтобы остановить лихорадку. Однако главное — воспрепятствовать дальнейшему распространению заразы.

— Так сделайте, — прервал он меня. — Я прикажу выделить столько трудоспособных людей, сколько возможно, чтобы они выполняли все ваши распоряжения.

— Хорошо, — пробормотала я, неуверенно озираясь по сторонам. — Я начну и объясню вашим людям, что надо делать, но работа предстоит большая. А капитан Рейнс и мой муж торопятся.

— Миссис Малкольм, — с воодушевлением произнес капитан. — Я буду весьма признателен за любую помощь, какую вы сможете оказать.