Рафаэль

Это был взгляд родителя, подаренный стоящему в стороне ребенку, от которого ждут вежливого поведения и лучших манер, чем те, что он уже продемонстрировал.

Рафаэль встал и спустился к нам по ступенькам. Я, наконец, увидела его в боевой форме. Он казался выше, стройнее и крепче, чем я привыкла видеть, и на нем были черные компрессионные шорты. Они доходили почти до колен, и разрезов, как у Гектора, на них не было, но сидели они лучше. Рафаэль выглядел свирепо и сексуально, но мне было все равно. Я хотела вернуться к своим мужчинам, которые ждали меня дома. Я ведь грохнула какого-то парня без особой на то причины.

Клодия отошла в сторонку, позволив Рафаэлю встать передо мной и Пьереттой, которая отступила назад, чтобы оказаться между мной и тремя ведьмами, или бруха, или как их там.

— Этой ночью ты убила, что защитить себя — это хорошая причина. — Сказал он.

— Ты прочел мои мысли. — Заметила я.

— Ты провернул это очень тонко. Я даже не заметила, что ты был в моей голове.

— Я не хотел причинять тебе боль так, как сделал это ранее с Натэниэлом.

— Спасибо. — Я вдруг поняла, что он наверняка слышал мои мысли о том, что я хочу вернуться домой, к мужчинам, в которых влюблена, потому что если я и планирую убивать, то это должно быть ради тех, кого я действительно люблю.

Я моргнула и даже не попыталась извиниться, потому что это была правда, и если я не могу помешать Рафаэлю слышать мои мысли, то правда — это все, что нам остается на сегодня.

— Могу я взять тебя за руку? — Спросил он, никак не комментируя тот факт, что я его не люблю. Умный мужик.

— Конечно. И спасибо за то, что спросил.

— Ты в шоке, но под ним ты зла на меня. Сейчас я не хочу строить каких-либо предположений насчет тебя.

Мой гнев прыснул фонтаном где-то за немой стеной шока.

— Ты чувствуешь то, что чувствуя я, и знаешь большую часть того, что я думаю.

— Я от тебя ничего не чувствую, только осторожность. Раньше я даже не думала, что это такая эмоция, но в твоем случае — да.

Он осторожно взял меня за руку и поднял ее к своим губам, чтобы поцеловать костяшки.

— Я сожалею, что твое знакомство с нашим миром было окрашено болью и смертью.

— Ага, мы еще обсудим это «нет, они не станут пытаться убить тебя этой ночью».

— Я слышал, что Тони напал на тебя с серебряным ножом.

— Ага, больше ему такого шанса не представится.

Я все еще не была уверена в том, что чувствую по поводу того, что провернула с этим парнем, поэтому я просто запихнула эти мысли подальше — в то место, где хранились штуки, насчет которых я сомневалась. Когда-то это место было набито битком, но теперь там было свободнее, потому что многие вещи в себе я приняла, однако убийство Тони отправилось в коробку с поступками, которые заставляли меня чувствовать себя чудовищем.