Рафаэль

— Ты должен вызвать нас троих на публичные драки в бойцовских ямах, Гектор. А тебя послушать, так если ты сможешь убить Рафаэля, то с нами тремя сойдешься одновременно.

Пьеретта поднялась с места и потянула меня за руку, так что мы обе встали ближе к Клодии. Она обняла меня за талию, и я сделала то же самое. Я решила, что у нее есть причина для такого обилия тактильности на публике, потому что обычно за пределами спальни она вела себя куда более сдержанно.

— С вами я разберусь. Кошку я буду насиловать до тех пор, пока ее мастер не наполнит собой ее глаза, а после убью их обоих.

 — Заявил Гектор.

— Ты говоришь, как вампир, а не как крыса. — Заметила Клодия.

— А ты говоришь так, словно боишься биться со мной один на один.

— Одну меня ты и не вызвал, ты вызвал меня вместе с Анитой и Пьереттой, так что мы будем биться против тебя втроем.

— Я не это имел в виду.

— В бойцовских ямах слово имеет вес. — Ответила она, и в этой фразе было нечто старинное.

Кто-то из толпы стоявших рядом с Гектором двинулся к нему, но он отмахнулся:

— Поди прочь, сумасшедшая старуха!

— Мы не причиняем вреда старшим. — Сказала Клодия, и знания об этом правиле дошли до меня через Рафаэля.

Если кто-то из членов родере доживал до старости, к ним относились с почтением и избавляли от необходимости драться за право находиться в клане. Это случалось так редко, что стариков в рядах веркрыс почитали почти с благоговением.

Рафаэль забрал микрофон у Клодии.

— Она в порядке? — Спросил он.

Народ столпился вокруг беловолосой женщины, которую толкнул Гектор, и у него забрали микрофон, оттеснив подальше с немой угрозой — мол, если не отдашь, будет хуже.

Старик с почти такими же белыми волосами, как и у той женщины, ответил:

— Она цела, но говорит, что этот пахнет чужаком.

— Он под контролем вампира, чей зверь зова — крыса, как это было у Николаос, но этот сильнее нее в сотни раз. — Сказал Рафаэль.

И вновь его утверждение было чертовски внезапным и нетипичным для всех групп сверхъестественных граждан, с которыми я имела дело — от вампиров до вервольфов. Бесконечные драки мне не по нутру, но я люблю, когда переходят сразу к делу.

В толпе послышались редкие ахи, но по большей части веркрысы стояли в немой тишине. Я думала, что они отойдут от Гектора настолько далеко, насколько это в принципе было возможно, но я их недооценила.

Они столпились вокруг него, хотя знали, что прикосновение усиливает вампирскую магию.

— Что вы делаете? Рафаэль пытается настроить вас против меня. Он хочет избежать драки, потому что знает, что ему не выиграть! — Закричал Гектор.

Я была уверена, что веркрысы схватят его, и все закончится, но они не прикасались к нему. Они вообще держали руки по швам, демонстрируя, что не собираются причинять вред, когда приближались к нему.