Рафаэль

Я не могла прочитать выражение его лица, потому что оно было каким-то новым для меня.

— Этой ночью ты бьешься за свою корону. Я бы не стала поднимать эту тему сегодня.

Пьеретта попыталась вновь упасть на колени, но я рявкнула:

Она застыла, не успев опуститься на пол в своем полотенце, и казалась чрезвычайно сокрушенной, но все равно очаровательной. Странно, что я нахожу других женщин очаровательными, но так оно и было. Я задумалась о том, что, вероятно, мне следовало извиниться перед некоторыми мужчинами за то, что я выбешивалась на них, когда они годами называли меня очаровательной или милой.

— Мне жаль, что я не мила вам, царь Рафаэль. — Сказала Пьеретта, опустив глаза, так что она не видела выражения, которое промелькнуло на его лице.

— Ты красива и, я уверен, во многих смыслах восхитительна. Пожалуйста, не думай, что я колеблюсь потому, что тебе недостает очарования.

Пьеретта посмотрела на него, и я знала этот взгляд, потому что на мне он работал. Она старалась показаться ему милой и заинтересовать его.

— В таком случае, я не понимаю, ваше величество.

Он нахмурился — вероятно, из-за обращения, но не стал поправлять ее, либо он, как и я, не был уверен в том, что должен это делать.

— Анита, ты хочешь сказать, что если я соглашусь, то это случится прямо сейчас?

— В смысле, что мы трое разделим душ и, вероятно, еще что-нибудь? — Уточнила я.

— Да, в этом смысле.

— Как я уже говорила, я собиралась обсудить с тобой это.

— Значит, это «да». — Подытожил он.

— Ага, я не планировала, что это произойдет так скоро, но — да.

— Это предложение о сексе втроем.

— А ловушка-то в чем? — Не поняла я.

— Прежде женщины, с которыми я встречался, уже делали мне такое предложение, и это всегда была ловушка.

— Да в чем там ловушка? — Не унималась я.

— Все девушки использовали это, как способ проверить, стану ли я изменять…

— Это не измена, если девушка сама предлагает тебе тройничок с участием другой женщины. — Парировала я.

— Она смотрела на все иначе. — Возразил он.

— Тогда это нечестно. — Ответила я.

— Спасибо, я солидарен с тобой.

— Это может быть ловушкой. — Заметила Пьеретта.

Я посмотрела на нее, а потом мы вместе кивнули.

— Есть еще вариант, при котором после удачного секса втроем, даже если все прошло хорошо, на утро обе девушки приходят к выводу, что это была ужасная идея, а вина за нее почему-то лежит на мне. — Произнес Рафаэль.

— Каким образом? — Не поняла я.

— Вероятно, потому, что я — мужчина, а значит, достаточно похотлив, чтобы хотеть удовлетворить двух женщин сразу. Анита, Пьеретта, я не знаю — в тот день я понятия не имел, что мне думать.

— Значит, всякий раз, когда женщина предлагала тебе переспать с ней и еще с одной девушкой, это была ловушка? — Подытожила я.