Рандеву с водяным

Обычные канцелярские принадлежности, ровные стопки чистых тетрадей и аккуратные пачки бумаги для принтера. Либо пропавшие девочки были феноменально аккуратны, либо кто-то после их исчезновения прошелся по ящикам их стола и вымел весь мусор, который мог бы указать, где искать сестер.

— А милиция обыскивала эту комнату? — спросила я.

Очнувшаяся от своих мыслей Катерина Николаевна помотала головой.

— Нет, — сказала она. — Их интересовали только Светины вещи. К этому столу они не притрагивались.

Мариша тем временем пыталась включить компьютер. Он упорно не желал включаться. В конце концов терпение подруги лопнуло, и она, даже не выдернув вилку из сети, принялась вывинчивать винтики из блока процессора.

— Что ты делаешь? — удивилась я.

— Хочу понять, почему он не работает, — сказала Мариша.

— Не работает? — тоже удивилась Катерина Николаевна. — Странно. В тот последний вечер, который девочки провели дома, с компьютером было все в порядке.

Но, должно быть, воспоминания о тех счастливых временах были слишком тяжелы для нее, потому что она зарыдала в голос и выскочила из комнаты. Мариша закончила распаковывать компьютер, заглянула внутрь и удивленно присвистнула.

— Что? Что такое? — бросилась я к ней.

— Неудивительно, что компьютер не хотел работать, — сказала Мариша. — Посмотри сюда.

Я посмотрела. На мой взгляд, внутри все было в порядке. Какие-то испещренные металлическими блямбочками платы и куча разноцветных проводов и проводочков.

— Тут нет жесткого диска, — сказала Мариша. — Кто-то вынул его.

Мы с ней переглянулись. Даже я знала, что без информации, хранящейся на жестком диске, компьютер бесполезен. Мы оставили компьютер в покое и пошли к Катерине Николаевне. Она сидела на краешке ванны и лила слезы под аккомпанемент льющейся из крана воды.

— Мы понимаем, что вам тяжело, — начала Мариша. — Но попытайтесь вспомнить по минутам утро того дня, когда исчезли девочки. Что делал каждый из вас?

— Что? — посмотрела на нас Катерина Николаевна. — Сейчас попытаюсь вспомнить.

Она выключила воду, высморкалась в мокрый носовой платок и отвела нас на кухню. Там она снова налила себе чашку успокоительного чая и, немного подумав, добавила туда солидную порцию валокордина. Проглотив получившуюся смесь, она сказала:

— Первыми, как всегда, ушли девочки и Миша. С некоторых пор у него появилась привычка отвозить девочек в институт и встречать их после лекций.

Про эту привычку мы уже знали и потому молча кивнули.

— Потом ушла Света, она собиралась в этот день купить мне подарок ко дню рождения. Конечно, она об этом мне не говорила, но я и так поняла, потому что обычно мы по всем магазинам ездим вместе. Так веселей. А в этот раз Светлана ушла одна.