Разве я могу быть счастлив без тебя

Крепче ухватив свою тяжелую ношу, словно это была её последняя защита, Ева медленно развернулась, несмело встречаясь глазами с Одином. Усмехаясь, мужчина жестом поманил девушку к себе, тем самым приравнивая её к остальным служанкам.

— Выполняй свою работу, девчонка — презрительно бросил Один, с жадностью глядя в лицо Евы. Наблюдая за медленно приближающейся девушкой, он чувствовал, как каменеет его тело, от осознания неправильности всего происходящего. Что-то внутри него протестовало против такого отношения к девчонке. Громко вскрикнув, Меган, испуганно посмотрела на него.

— Господин, мне больно.

Слова выдернули Одина из оцепенения, заставляя осознать, что он слишком сильно сжимает девчонку в своих руках. Поморщившись от внезапно нахлынувшего отвращения, он ослабил хватку, практически сталкивая служанку со своих колен. Не удержавшись, та, упала на пол, руками задев только подошедшую к столу Еву. Громко вскрикнув, Ева отскочила, опрокидывая чашки с горячей едой на грязный пол.

— Простите — прижав руку ко рту, девушка испуганно посмотрела на Одина.

— Ева — вскрикнула Лира, подскочив на ноги, но тут же, упала обратно, свирепо посмотрев на Джеймса.

— Ты даже с этим справиться не можешь — зарычав Один стукнул кулаком по столу, резко поднимаясь на ноги. Тяжело дыша, он сдерживался, стараясь не выдать себя и не показать, насколько сильно испугался, услышав крик Евы.

Приблизившись, Один схватил девушку за руки, грубо притягивая к себе. Легко встряхнув её, он заглянул в испуганные глаза Ева, поражаясь той глубине, что видел в них. Словно два омута, они влекли его, заманивая разгадать ту загадку, что она скрывала в себе.

Хотелось схватить Еву, и спрятать ото всех, что бы только он один мог смотреть на неё.

Замерев в мужских руках, девушка, смотрела на Одина, боясь сделать лишний вздох. Почему он смотрит на неё, так словно, она что-то значит для него. Чувствуя себе неуютно под таким пристальным взглядом, Ева отвернулась от Одина, стараясь не показывать след от удара главной поварихи.

— Мне больно — прошептала Ева, не смело выворачиваясь из крепких рук и молясь, что бы он ничего не заметил. Ей, и, правда, было больно, но не только от сжимающих её рук.

Сильнее была боль от понимания, что вероятнее всего Один опять поверил Гаррику, и поэтому решил наказать её.

Мужчина ослабил хватку, но даже не думал отпустить девушку. Пусть даже так, но он наслаждался близостью Евы, и не желал лишаться этого. Только сейчас, он понял, больше не одна девушка не вызовет в нем такого желание, как Ева, дочь его врага. Дочь человека, которому, он поклялся мстить всю жизнь.

— Вы говорили с моим отцом? — тихо спросила Ева, радуясь, что мужчина больше не сжимает её руки.