Разве я могу быть счастлив без тебя

— Я никогда не думала убегать от работы, — осторожно прошептала она.

Один зарычал еще сильнее от ее слов.

— Мне не важно будешь ты работать или нет, Ева.

Ева покачала головой. В памяти всплыли его слова, что он сказал, в их первую встречу. Она не должна пользоваться своим положением. И она никогда этого не делала.

— Я помню, что вы говорили, — с тоской прошептала она. — Я помню все.

Теперь, наступила очередь Одина застыть от удивления.

— О чем ты? — осторожно спросил он.

— Боль. Вы причинили мне так много боли, — она понимала, что ступает по тонкому льду, но уже не могла остановиться. — Но так и не сказали в чем именно я виновна. — и это было правдой. Многое так и осталось для нее тайной.

Один застыл, еще сильнее прижимая ее к кровати. Он уже долгое время не позволял себе думать об этом. А теперь, она в один миг воскресила все неприятное, что было между ними.

— В том, что ты его дочь, — по привычке грубо ответил он, понимая, что увиливает от всей правды. Ему не нравился этот разговор, что они так не вовремя начали.

— Но, ведь родителей не выбирают, — отвернувшись от него, прошептала Ева.

— Теперь, это уже не важно, — Один запустил руку в ее волосы, и заставил посмотреть на себя, — Ты больше не принадлежишь ему. Только мне.

— Тогда почему вы все еще ненавидите меня? — прошептала Ева, чувствуя, как непрошенные слезы застилают глаза. — Я не хочу вашей ненависти.

— Тогда чего ты хочешь? — сурово спросил он.

— Я слишком долго прожила рядом с человеком, который ненавидел меня. — она не понимала, зачем говорит это. Но что-то толкало ее вперед, заставляя забыть о всякой безопасности, — Неужели в моей жизни не может хоть немного любви? — еще тише прошептала она, уже ожидая взрыва гневной ярости от Одина.

Но его ответ поразил ее, заставив в изумлении посмотреть на него.

— Я не умею любить, — прорычал Один. Но тут же мысленно отругал себя за это. Ему не нужна любовь. Она приносит только слабость, и ничего более.

— Я не верю, — с жаром прошептала Ева, зная на сколько глупо может выглядеть, надеясь, что это может оказаться правдой.

— Почему? — удивленно спросил Один, пораженный тем, с каким пылом она ему возразила.

Ева тяжело сглотнула, раздумывая над тем, что ответить. Она и сама не могла понять, почему не верила его словам. Слишком часто он причинял ей боль, и она лучше других знала, каким жестким он может быть.

— Потому что, в ином случае, моя жизнь обречена. Я не надеюсь на то, что вы полюбите меня. Только ребенка. — Ева с надеждой смотрела на него, надеясь, что он правильно ее поймет. Она ничего больше не хотела, как только, чтобы он полюбил их ребенка. И она никогда не перестанет мечтать об этом.

Но Один нахмурился, услышав ее слова.

— Почему ты не думаешь о себе?

— Потому что в моей жизни уже все решено.