Ребенок (не) от бывшего мужа

Двое младших были мельче сложены, волосы у них были темно-русыми, а глаза карими. Явное различие моментально наталкивало мысль о том, что кто-то точно усыновлен. Ну, или, как вышло в случае с моим «женихом», у них были разные матери.

Не сразу, но до меня начало доходить, что именно пытался сделать Максим.

За всей этой нелепой бравадой и попыткой якобы доказать всему миру, что он остепенился и у него все, как у всех и ничуть не хуже крылось нечто совсем другое.

Он отчаянно сильно хотел внимания своих братьев. Любого. В хорошем или плохом контексте.

— Ты скучаешь по ним, — неожиданно для нас обоих выдала я.

— По своим братьям. Миша и Мир, кажется?

— Ты хочешь, чтобы они обратили на тебя внимание. Поругали, отчитали, позавидовали, простили. Что угодно. Только бы не делали вид, будто бы тебя никогда не существовало в их жизни. Спорим, ты и бизнес бы свой обратно поделил, лишь бы они вернулись? Но они не возвращаются, да? Они даже не отвечают на твои звонки…

Я не заметила, как начала произносить мысли вслух, я просто рассуждала про себя. А когда заметила, что взгляд Максима изменился, то поняла, что нужно было молчать.

И, знаете, что? Он не разозлился, по обыкновению, а я уже привыкла, что Макс постоянно злился. Его глаза стали грустными, совсем, как на том фото, что стояло у них в гостиной, в особняке. Он замолчал, так ничего и не ответив. И я не знаю, что он сказал бы, если вдруг вообще собирался, потому что вскоре подошел официант с вежливым вопросом о том, не нужно ли нам что-нибудь еще. Макс отказался и попросил счет, даже не став спрашивать меня.

Мы молча отправились в магазин товаров для дома, и я постаралась заставить себя отвлечься от того, что наговорила Орлову.

Вот, зачем, а? Зачем было лезть не в свое дело? Кем мне был Максим? Правильно, никем. А я ему кем приходилось? Тоже никем. И уж точно не была его психологом, чтобы выдавать такие вещи.

— Как думаешь, нам пригодится?

Наверное, не каждый день Макс разгуливал по такому магазину и выбирал себе вещи в дом. Наверное, увидь его сейчас кто-нибудь из журналистов, которые охотились за горячими подробностями молодого миллионера или его сотрудники и коллеги, все бы очень удивились.

Потому что сейчас передо мной был человек. Настоящий, живой и довольно обычный, я вам скажу. В простых черных джинсах и светлой футболке, без всех этих атрибутов делового человека, вроде часов за миллион, золотых запонок или строгого галстука. С растрепанными рыжими волосами, которые постоянно лезли в глаза, и которые Макс постоянно зачёсывал назад небрежным движением руки.

— Аня? — еще раз позвали меня.

Кажется, я засмотрелась на Орлова, потому что, как выяснилось, звал он меня уже в третий раз.