Ребенок от чудовища

Я дал себе слово: вернусь в этот дом только вместе с Авророй и Викулей.

Про себя я называю малышку, которую никогда не видел, именно так. Все, что у меня есть – это снимок УЗИ. И вера, что обязательно ее найду. Ведь я дал слово Авроре. И это единственное условие, при котором я смогу ее вернуть в наш дом.

– Здравствуй, Богдан. Ну, что у тебя? – я, как обычно, вхожу в кабинет начальника службы безопасности с двумя стаканами крепкого кофе. Пожимаю подчиненному руку и падаю на свободный стул.

– Негусто. Пробиваю новый адрес акушерки, жду результаты от пацанов.

– Той самой? – я даже выпрямляюсь на стуле.

– Да, что присутствовала на родах у вашей супруги. Кстати, есть подвижки по видео. Но тут боюсь что-либо говорить…

– Понял. Тогда просто ждем.

Ожидание – худшее, что можно себе представить в этой жизни. Когда сделать ничего не можешь, да и в принципе от тебя ничего не зависит. Оно выматывает и сводит с ума.

– Есть! – громко извещает Богдан, а я аж подпрыгиваю на месте, кидаясь к компьютеру. – Вот адрес, – и сразу же открывает его на карте города.

– Не хило ее так занесло, – присвистываю, глядя на экран. – Это же даже не город, область. И район не самый лучший…Что она там забыла?

– Понятия не имею. Она и всплыла-то чисто случайно. Сейчас съезжу и узнаю, – Богдан поднимается со своего места, но останавливаю его, положив руку на плечо.

– Спасибо, но я сам. Я знаю, о чем спрашивать. И как, – добавляю мрачно, представляя во всех красках, что сотворю с девушкой, если она и правда причастна к тому кошмару, что произошел с Авророй.

Я уже взялся за ручку двери кабинета, как меня останавливает удивленный голос Богдана:

– Записи прислали. Парни откуда-то таки достали.

В голове буквально на долю секунды небольшой диссонанс: ехать к акушерке выбивать ответы на вопросы или же посмотреть видео? Принимаю решение все же остаться и глянуть записи с камер. Девушка «ждала» столько недель, подождет и еще час. А записи позволят все же размотать этот чертов клубок.

Богдан ставит на ускоренный режим и останавливает там, где привозят Аврору. Я со всей силы вцепляюсь в край стола: нахлынули воспоминания того злополучного дня, а особенно того, как плохо, невыносимо было Авроре. Мне кажется, я до сих пор чувствую ее боль. Такое невозможно забыть, даже если и исход будет счастливым.

По мере просмотра записей мое волнение нарастает. А что, если все же все было именно так, как сказали врачи? Что если вся история от Авроры – всего лишь защитная реакция организма, который отказывается принимать смерть ребенка?

Эти мысли проносятся в голове буквально доли секунды. Ровно до одного очень странного момента.

– Кажется, оно, Артем Васильевич…, – бормочет Богдан, приближая картинку.

– Вижу, – цежу, ломая напополам зажатую в руках ручку.