Ритуал (СИ)

И псакова эмпатия, которая сработала так не вовремя. Ещё никогда — ни до, ни после — я так не ненавидела свой дар. Сначала дар, потом себя, а потом — Квинта.

Эмпатия вообще один из самых неудобных даров, чтобы устраивать благополучную личную жизнь. Особенно дар, который всегда срабатывает не вовремя.

— Как ты считаешь, это — достаточный повод, чтобы юная сира изменила отношение к кавалеру?

Марша торопливо закивала головой.

— Я не врала, — я наклонилась вперед и продолжила очень твердо. — Квинт мне не нужен. Забирай, если сможешь получить. Не претендую.

Марша хотела спросить что-то ещё, но я уже сняла купол, щелкнув кольцами, и она осеклась.

— Дамы, — Кантор нетерпеливо склонил голову и поднялся из-за стола. — Честь имею.

Мы кивнули — я прекрасно понимала желание Тира быстрее проверить информацию. И принять меры, если она подтвердится. Фейу ушла следующей, попрощавшись так же торопливо, и я осталась одна.

Подумала, и снова подозвала слугу.

— Повторите заказ, — надо сказать, что служащие ресторации были вышколены на отлично — на лице официанта не дрогнул ни один мускул, как будто леди ежедневно съедает по полторта за один присест.

Сладкое мне не помешает. Мысли о Квинте всегда приводили меня в отвратительное расположение духа — и о прошлом, потому что его нельзя изменить, и о настоящем, потому что пока Квинт в Столице, мне до него не дотянуться и придется ждать.

А ждать я не любила.

Идея встретить брата в Керне, на выходе из портала посетила меня внезапно. Я соскучилась, и не представляла, как буду слоняться дома, забивая голову бесполезными мыслями.

Поэтому на кольцевой я развернула коня и отправилась по знакомому маршруту — через ремесленный квартал, и далее к кофейне, напротив лавки Луэй.

В кофейне, как и прошлый раз, когда мы были с Бутчем, было пусто — большая часть столиков была свободна, я выбрала тот же — у окна, чтобы хорошо видеть вход в лавку, охрана села рядом за отдельный. Я была сыта, поэтому ограничилась чаем — просто сидеть неприлично. Мальчишка-официант, в этот раз уже другой, не такой говорливый, но более расторопный, поставил пузатый, исходящий паром глиняный чайничек на столик, расставил плетенки со свежей сдобой — подарок от заведения, и быстро исчез.

Вестник Аксу растаял в воздухе, полыхнув тьмой, и я приготовилась ждать, грея руки о чашку — погода сегодня выдалась ветреной — смотрела в окно, разглядывая каллиграфические буквы на вывеске. Сегодня мне не везло — не происходило ничего интересного — летел снег, редкие прохожие проходили мимо, прикрывая лицо от порывов ветра, и ни один посетитель за тридцать мгновений так и не зашел в лавку.