"Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12

Мейсон медленно въехал в фешенебельные ворота, которые мягко закрылись за ним, и направил свою машину к первому гаражу, показавшемуся ему свободным. Он не собирался никуда сегодня вечером. Прошедший день был для него тяжелым, и, кроме того, назавтра была официально назначена свадьба его сестры. Конечно, семье он будет нужен. Мейсон, бурча что‑то себе под нос, поспешил наверх, преодолевая по две розовых ступени парадной лестницы. Ближайшее вхождение Питера в семью и возвращение Джо Перкинса — эти два важных для семьи события для него ничего не меняли.

Большими шагами он пересек просторный зал для приема, едва кивнув на приветствие Розы и Филиппа, и направился к кабинету отца.

Тяжелый занавес из листвы деревьев за окном почти не пропускал света в это время суток, и поэтому Мейсон удивился, что отец не зажег настольную лампу. Нависая тенью над массивным столом, он казался призраком в полумраке просторного кабинета.

— Мейсон, ты ничего не знаешь? — Отец, казалось, только и ждал его.

— Джо Перкинс возвращается, папа.

— Хороший подарочек к свадьбе твоей сестры Келли. Да и для нас всех.

Я не думал, что это наступит так скоро.

Мейсон потянулся к выключателю, и свет залил комнату. Сын не мог объяснить отцу, что он был в курсе освобождения Джо Перкинса под честное слово. Он узнал об этом несколько дней назад и напрасно спорил с судьей, который предоставил Джо эту возможность. Ченнинг–старший никогда бы не понял его. Ведь Кепфелл привык всегда побеждать.

— Он был освобожден под честное слово, папа. Случается, что заключенных отпускают за примерное поведение.

— Да, да. Случается, мой мальчик. Он уже вышел из тюрьмы, а посадили его словно вчера.

Всякий раз, когда я вхожу в этот кабинет, я думаю о твоем брате, думаю с гордостью и печалью. Но сегодня мне стыдно; не нужно было выпускать его убийцу так рано, не нужно было этого делать, Мейсон! Нельзя допустить, чтобы праздник Келли был испорчен. Как никто другой, она имеет право на счастье.

— Она уже знает, папа?

— Нет, сын. И, слава Богу, что в ее жизни есть другой.

Ченнинг Кепфелл–старший резко, словно встрепенувшись, выпрямился и снова стал неоспоримым шефом, руководителем предприятия Кепфелл.

— Если когда‑нибудь Перкинс придет сюда, если он снова выкинет какой‑нибудь номер с Келли…

— Из‑за этого подонка я уже потерял сына. Я не собираюсь терять еще и дочь,

И снова плечи его опустились, и тень наплыла на скорбное лицо.

— Я до сих пор не могу смириться с мыслью, — приглушенным голосом сказал он, — что Ченнинга, моего сына, нет с нами. Ведь он уже достиг высот, он был гордостью всего края! Страшно подумать, что человек может потерять все, что имеет, все самое дорогое.