"Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12

Поэтому я пью за его быстрейшее выздоровление. Я пью за счастье моей дорогой дочери. За Келли!

— Я также пью за другого молодого человека, который сегодня с нами. Я вижу в нем будущего генерального прокурора Санта–Барбары. Мой личный хрустальный шар мне как‑то сказал, что он может занять место в резиденции губернатора нашего штата. Я пью за то, чтоб это предсказание сбылось. Также я поднимаю свой бокал в честь моего дорогого сына Ченнинга…

Кепфелл посмотрел на Мейсона и, встретив его мрачный взгляд, сразу же понял свою ошибку.

— Я хочу сказать, за моего великого и дорогого Мейсона.

Правда, теперь я опасаюсь, что он пригласит меня вести ближайшую предвыборную кампанию, не так ли, Мейсон?

Но Мейсон уже выходил из‑за стола. Кепфелл растерянно смотрел ему вслед.

Если б Аугуста Локридж узнала о неприятном инциденте, происшедшем между отцом и сыном, эта весть пролила бы бальзам на ее отравленную завистью душу. Еще вчера она видела все эти излишества, которые присутствовали на вечеринке по случаю помолвки, а сегодня — снова вызывающая роскошь ужина миллиардеров. С верхнего этажа своего красивого дома Аугуста все время в бинокль наблюдала за перемещениями гостей на этой столь яростно ненавидимой ею вилле.

Если она не видела Мейсона, потому что было слишком темно и она уже ушла со своего наблюдательного поста, и конечно же она заметила всех этих гостей в больших лимузинах и определила, кто есть кто. Она могла сказать, что вне всякого сомнения присутствовали Суэмптоны, семейство королей Бе, Пико, Хауд, конкурент нефтепромышленник, эта пышечка миссис Кларк в компании очень приятного молодого человека, вне всякого сомнения ее нового молодого любовника, — все эти люди, которых она раньше принимала. Ее гнев искал выхода и в конце концов обратился на Лейкен. Когда она спустилась к ужину, Лейкен разговаривала с кем‑то по телефону.

— Ты, очевидно, звонила Тэду? — резко спросила Аугуста, как только девушка повесила трубку.

— Никаких «но», не забывай, что Тэд — Кепфелл.

Лейкен давно уяснила, что когда мать вне себя, с ней лучше не спорить.

— Сейчас он еще молодой, но чем старше он будет становиться, тем более жалкий у него будет вид. Тем невзрачнее он будет.

В конце концов он не сможет думать ни о чем, кроме своего состояния. Будет презирать людей, законы, мораль. Я знаю, моя девочка, что случается с женщиной, которая выходит замуж за Кепфелла. Памелла, София, — знаешь, что с ними стало?

Конечно, ее слишком далеко занесло. В это время Минкс уже входила в комнату, и она услышала слова Лейкен.

— Мама, я же не имею ни малейшего намерения выходить замуж.

«Мне только что приснился сон, и я хочу рассказать тебе о нем. Этот сон о тебе и обо мне, о нас двоих.