Сбежать не удастся. Ты только моя

–Брат, приведу твою невесту в целостности и сохранности, – голос Богдана раздается сквозь какой-то вакуум. От переживаний заложило уши и я толком не слышу ничего.

Мужчины еще говорят о чем-то своем, но мне их разговоры не интересны. У меня пустота в голове.

Видимо, моя психика решила на время превратить меня в бездушную марионетку.

Надо уйти, но я не могу. Ноги приросли к полу и не подчиняются требованию разума, как ни пытаюсь.

–Ната, не беспокойся, – Стас обнимает меня. – Богдан о тебе позаботится.

–Даже не сомневайся, – добавляет Воробьев с некоей долей сарказма.

Плеханов уходит, мы я Богданом остаемся наедине.

Стою молча. Как вести себя с ним просто не представляю.

–Наташа, – он протягивает в мою сторону руку, согнутую в локте. – Прошу, – кивает на меня. Я не двигаюсь.

По неизвестной причине, силы оставили меня. Я не могу ни тронуться с места, ни пошевелиться.

Даня молча берет меня за руку, прижимает к себе и провожает до столика. Помогает присесть.

–Я рад, что ты наконец нашлась, – произносит смотря мне прямо в глаза.

–А я вот нет, – отвечаю ему. – Ты предатель и гад, – объявляю с порога. – Таким, как ты, в моей жизни не место!

Воробьев усмехается кончиками губ, а глаза тем временем остаются совершенно черными. Он разозлился.

–Уверена? – уточняет не сводя с меня пристального взгляда.

Апатия, наконец, пропала и теперь в груди полыхает самый настоящий пожар. Внутри все горит, огонь вырывается наружу и я не могу справиться с ним.

–Ненавижу тебя! – шиплю сквозь сжатые зубы. Я так много хочу ему сказать! Меня просто раздирает на части от непреодолимого и острого желания все ему высказать.

А потом вдруг вспоминаю Ксюшу и ее бесконечные больницы, вечные угрозы прерывания беременности, сохранения… Четко, как никогда, понимаю, что мне нельзя волноваться.

И это осознание действует на меня словно ушат холодной воды. Волнение и эмоции снова отступают.

Закусываю губу, дабы не сорваться и не вылить на Воробьева все, что накопилось в душе. Тянусь чуть вперед, беру со стола толстую папку в кожанном переплете и погружаюсь в изучение блюд.

Стараюсь вести себя равнодушно.

Богдан сделал свой выбор, когда уничтожал бизнес друга и себя подставлял под удар. Он прекрасно осознавал последствия и понимал, поставив свою подпись, назад дороги не будет.

Он поставил. Он уничтожил всех и вся.

Я не собираюсь становиться очередной жертвой его обмана.

–Наташа, нам нужно очень серьезно поговорить, – произносит Богдан без тени юмора или сомнений.

–Знаешь, – отрываюсь от меню. Все равно ничего из того, что там написано, не понимаю. Буквы расплываются, слова не прочитать. Перед глазами все разбегается в разные стороны. – Мне не о чем с тобой разговаривать. Я замуж выхожу.