Сбежавшая королева

Лео оглянулся на меня, на его маленьком личике отразилось замешательство. Гнев охватил меня, раскаленный добела. В последнее время я была на взводе и чертовски вспыльчива. Я постоянно балансировала на тонкой грани между нормальным состоянием и полной потерей рассудка. Анджело сказал мне, что это из-за злости. Затаенной ярости на то, как сложилась моя жизнь. Обиды на отца, а еще гнева на то, что всё, что когда-то происходило в моей жизни только загоняло меня в ловушку и причиняло боль тем немногим, кто был мне дорог. Возможно, он был прав. Может быть, однажды эта ярость переполнит мое измученное сердце, и я зарежу Эдварда Слоана на капоте его чертовой шикарной машины и буду безумно хохотать, пока меня будут арестовывать.

Иногда мне казалось, что от этой участи меня удерживает только Лео.

Я должна была держать себя в руках ради него.

Он нуждался во мне.

Я протиснулась между Эдвардом и открытым окном Лео.

— Пожалуйста, не разговаривайте так с моим сыном. Вы не сможете заставить меня так сходить с Вами на свидание. Мне это неинтересно. Если это проблема, я могу прекратить работу над портретом Вашей матери, и мы пойдем разными путями.

Эдвард поднял бровь, забавляясь тем, как я прижалась к нему, чтобы помешать ему поговорить с Лео.

— Ты неправильно меня поняла, Софи. Я не заинтересован в том, чтобы видеться с тобой реже, только чаще, и я мужчина, который всегда добивается своего.

Он потянулся и попытался заправить выбившуюся прядь моих темных волос мне за ухо. Я оттолкнула его руку, прежде чем он успел дотронуться до меня.

Он качнулся на пятках, его глаза сузились. Я прекрасно понимала, в чем его проблема. Он был красив и богат, и никто в Хэйд-Харборе не говорил ему «нет». Я была всего лишь бедной школьной учительницей, к тому же матерью-одиночкой с больным ребенком. Мне следовало бы заискивать перед ним, выпрашивать крупицы его внимания и просить о большем. Его сводило с ума то, что мне было на него наплевать. По правде говоря, я находила его всеамериканскую внешность блондина скучной и заурядной. Он был из тех, кто выглядит как герой, но при этом жесток и эгоистичен. У него были злые глаза. Они были мне знакомы. Я выросла с такими глазами, следящими за каждым моим шагом. У него были глаза Сильвио.

Я повернулась, чтобы проверить Лео, и встретила его серый взгляд. Я всегда находила утешение и боль, как обоюдоострый нож, в его цепких серых глазах. Они напоминали мне о его отце, мужчине, который был полной противоположностью Эдварду Слоану. Николай Чернов выглядел как ходячий кошмар, но при этом всегда только защищал меня. Демон с кодексом. Мой злодейский спаситель. Поди разберись.

— Вы ставите меня в неловкое положение.

— Не драматизируй. Приезжай с картиной, посмотрим, как она продвигается.