Седьмое небо в рассрочку

Потому что все, что возведено в Абсолют, не есть норма, и здравомыслие подсказывает держаться от подобных людей подальше.

Чика подсказал: на окраине стоят несколько заброшенных частных домов, хорошо бы перекантоваться там, какая-никакая, а крыша над головой. Проверили – действительно, идеальное место, потому что всеми забытое. Туда и ехали на джипе, а кабриолет вернули в гараж.

Людей переселили отсюда давно, когда собирались строить небольшой завод, а было это еще при советах, в результате пять домов остались стоять как памятник разрухе. Парочка из них вполне годилась для летнего проживания, в саду даже каменная печка была.

Люка на правах главаря, что получилось само собой, не занялась приготовлением ужина, заботу о хлебе насущном взяли на себя мужчины. Она же упорно вызванивала номера. Три осталось. Малое количество номеров навевало унылую мысль о том, что Гектор забыл внести в смартфон заказчика. Странно, он ведь все хранил.

– Я от Гектора, как вы догадываетесь… Вы ничего не забыли ему отдать? – на автомате пробарабанила Люка, и вдруг! Пауза! Ух ты… Кто не ожидал звонка от покойника? У кого перекрыло горло комком ужаса, поэтому он выговорить не может ни буквы?

Люка вся собралась, от напряжения расширила глаза и не дышала, тем не менее на ее губах появилась улыбка торжества. К ней подбежал Чика и хотел что-то спросить, она резко махнула рукой – уйди! И слушала, слушала паузу, чувствуя, нет, зная, что это убийца Гектора.

– Алло-о, – не дождавшись ответа, сказала она, выделив отдельно вторую букву «о», что должно его убедить: она абсолютно спокойна. Хотя это было далеко не так. – Вы уснули?

– Нет, я… – начал мужчина явно растерянно, прокашлялся. – А вы, простите, кто?

Лучшая тактика в подобных случаях – ва-банк, Люка, не раздумывая, взяла крутой тон:

– Встречаемся завтра на террасе ресторана «Айна» в семь вечера…

– В семь не могу, только позже, – более уверенно сказал мужчина под кодовым названием «П». Может, буква означает Пухово? – В десять вечера. Возможно, опоздаю, я не в городе.

– С удовольствием вас подожду, – заверила Люка многозначительным тоном, обещающим крупные разборки. – И давайте договоримся обойтись без сюрпризов, я буду одна, но… не одна, вы понимаете? Меня узнаете по синему шарфику на голове и длинным черным серьгам. До завтра.

Она обернулась к мужчинам, колдовавшим у печки, и, потрясая кулаком, рассмеялась. День заканчивался удачей, а это значило, что на черной полосе поставлена жирная точка.

– Леня, ты это зря, – разочарованно покачал головой Гиреев. – Дубенич отдает за бесценок…

Никого не удивляло, когда к Шатунову приезжали поздней ночью, дела не терпят отлагательств, а некоторые требуют немедленного решения.