Секс-босс по соседству

 – Ты освободился?

– Да, – стреляю в Полину взглядом. – Кофе нам принеси. Пожалуйста.

– Хорошо, – кивает она и скрывается в подсобке, а я иду в кабинет и демонстративно сажусь в свое кресло. Обычно, когда отец приходит, то сам его занимает. Но я решил, что пора перестать потакать остаткам его амбиций.

Он, если и удивился, то вида не подал. Впрочем, эмоций он никогда не проявлял. Разве что с матерью, да и то, если их не видит никто. А мы боялись его до жути. Но я так точно. Может быть, потому что именно меня он стегал несколько раз ремнем. Первый раз, когда по привычке стащил в школе чей-то телефон. Мой настоящий отец всегда хвалил за такое. Второй раз, когда сам поехал к своему биологическому отцу, не зная, что тот сидит в тюрьме. А когда узнал, стыдно стало. И желание видеться с ним пропало. В то время, кстати, Прохор и усыновил меня, дав не только фамилию, но и отчество. Но я так и не смог назвать его «папа».

– Что там за проблемы в ЖК Новом. И почему я узнаю это по новостям?

– Был пожар, все очаги быстро устранили, никто не пострадал, и я не посчитал нужным тебе рассказывать. Я вроде как числюсь еще президентом этой компании и сам могу все решать.

Отчим смерил меня напряженным, ледяным взглядом и, что удивительно, просто кивнул.

– Обращайся, если потребуется совет или помощь.

– Конечно. Кстати, – тут в кабинет входит с подносом Полина, и мой взгляд уже на автомате касается изгибов, скрытых широким костюмом. Затянутых в пучок волос и глаз, опущенных в пол. – Что у вас там с Ангелиной. Она вчера плакалась матери, что твой бойкот затянулся.

Бойкот, вот как она это теперь называет.

Полина оступается, поднимает взгляд и тут же прячет, ставя перед отчимом кофе.

Я стараюсь не смотреть на то, как натянулась юбка, унять растекающееся по телу жидкое пламя, но, кажется, это сильнее меня.

– Вас с матерью это никак не касается. Мы сами разберемся.

– Вы что-то долго разбираетесь, а Тимур страдает? Мальчик, по сути, растет без отца. Тебе ли не знать, как важно иметь пример рядом, на который можно ориентироваться.

Полина ставит чашку и мне. Ее лицо бледнее. Это что, она и про сына ничего не знала?

Отчим не мог начать разговор в другое время.

– Ты для него отличный пример.

– Я дед, а ты отец. Не забывай про это, – он отпивает кофе и поднимает брови. – Отличный, кстати, кофе. Ладно, поехал я, раз ты тут сам рулишь.

Полина уже скрылась за дверью, а я кивнул отцу, которого пошел провожать. В холле никого не было. И когда отец уехал на лифте, я заглянул в подсобку. Полины не было. И я прикрыл глаза, вздыхая, понимая, что придется потрудиться, чтобы объяснить девчонке, что она неправильно все поняла.

Чашка в руках дрожит, пока пытаюсь пить горячий чай. Зеленый. Чтобы успокоиться. Но, кажется, это бесполезно.