Секс-босс по соседству

Была малодушная мысль обратно в лифт сбежать.

– Владимир Прохорович.

– Мы так волновались!

– Мы места себе не находили!

В этом море лиц я видел только широкую улыбку полностью подготовленной к работе Полины. Собранной как никогда. Она лишь развела руками, пока остальные стреляли в меня чередой вопросов.

Я поднял руку и все разом замолкли.

– Со мной все нормально. Мы разберемся, кто не дает нашим объектам спокойно строиться. Я благодарен, что вы за меня волновались. Но…

Я грозно хмурюсь, пока они перестают улыбаться.

– Но очевидно вы так волнуетесь за меня, что рассчитываете получить лишний выходной? – сказать, что они вдохновились, ничего не сказать. – Но этого позволить мы себе не можем. Сергей Анатольевич, – посмотрел я на главу отдела по охране труда, – мне нужна информация по всем инженерам по охране труда Москвы и Московской области. Даты принятия и кто принимал.

– Так же мне нужны данные о пострадавших.

– Я сделаю, – подала голос Полина, и я решил только кивнуть и не смотреть не нее, чтобы не компрометировать.

– Отлично. Тогда работаем, – прошел я к двери своего кабинета, а народ расступался передо мной, издавая разочарованные вздохи. – Но, думаю, уйти на пару часов пораньше могут все.

Они снова возликовали, а я махнул рукой и закрылся от шума в кабинете.

Все-таки бессонная ночь сказывается. Голова болит, и глаза слипаются.

Я сажусь за стол и просматриваю отчет по прошлому происшествию, когда через несколько минут заходит Полина. Она в другом костюме чем с утра, на этот раз брючном.

– Мне нравятся твои ноги, – говорю, когда она ставит кофе и тарелочку с двумя таблетками. Судя по всему, тоже кофеин. – Носи юбки.

– А мне нравится ходить в штанах, особенно когда начальник находится в крайне возбужденном состоянии. Вот отчет по пострадавшим.

– Распорядись, чтобы им выплачивали полный оклад на время больничного.

Я закидываю таблетки, запиваю кофе, но головная боль все равно не проходит. Но вдруг я чувствую в волосах шебаршатся тонкие пальчики.

– Что ты, – голос подводит, и я откашливаюсь. – Что ты делаешь?

– У меня у мамы часто голова болела. Я еще в юности научилась находить точки, которые ее ослабляют, – она пальцами нажимает, массирует, и я чувствую, как по спине проходит дрожь, по телу разливается прохлада, зато в паху жаром уже полыхает. Но я усилием воли подавляю желание показать Полине, какие я знаю точки на ее теле, и просто прикрываю глаза, отдаваясь приятному ощущению. И надо сказать, помогает. Боль словно замерзает, в груди рождается спокойствие и даже умиротворение. Еще немного и заснуть можно. Но Полина щелкает пальцами передо мной.

– Не спать. Встреча через час. Слава уже ждет тебя в машине. И звонил адвокат, – она одаривает меня довольной улыбкой.