Секс-тюрьма. Наказание, насилие, пытки

Все это помещение провоняло запахом людей, побывавших здесь до нее. Тут же ее окатили ведром холодной воды.

– Просыпайся, грешница, пришло время ужина… для нас, – мужчины снова рассмеялись. И для несчастной началось самое страшное.

– Знаешь, шлюха, – один из санитаров плюнул ей в лицо и продолжил, – Раньше существовала пытка, во время которой девочек, приговоренных к смерти через повешение, растлевали при всех на площади, так вот, ты не похожа на скромную девушку, достойную красивой смерти, но давай будем придерживаться традиций, пусть и не наших, но… знаешь что, мы немного утрируем.

Все люди, находящиеся в зале, начали снимать свои штаны, если их можно было назвать людьми. Все тело девушки тут же покрылось мурашками и страх завладел ею, она почувствовала, что не оковы, а собственное тело сковывает ее.

Охранники начали приближаться к ней. Чьи-то руки грубо стали лапать ее, ощупывая задний проход, кто-то спереди трогал за грудь, и еще через миг один из мужчин уже начал просовывать палец в промежность.

– Начните с порки! – послышался грозный голос Павла, который ощущал уже сильное нетерпение от перевозбуждения.

Кто-то из охранников быстро подбежав к стеклянной стене, снял хлыст и громко крикнув, чтобы все разошлись, начал наносить удары один за другим.

На теле девушки появлялись кровавые полосы, нежная кожа лопалась от каждого удара, она кричала и умоляла его прекратить. Мужчины смеялись и переговаривались, что старый добрый хлыст способен очень быстро выгнать спесь из любой женщины.

После семи ударов Павел поднял палец вверх:

– Довольно! Теперь можно начинать! Разложить ее на пыточном столе!

Трое охранников сразу же отцепили несчастную, которая уже едва стояла на ногах, и быстро разложили ее на деревянной столешнице, где еще недавно была до смерти замучена первая жертва.

Хрупкие запястья тюремной пленницы были больно стянуты толстыми кожаными ремнями и зафиксированы к этому огромному деревянному столу, на котором она лежала с широко разведенными ногами, причем таким образом, что пятки практически дотрагивались до ягодиц.

Девушке было не столько больно, сколько страшно, поскольку ее сокровенные части тела были обнажены и выложены напоказ этим тюремным подонкам. Она завыла.

Таращась на ее раздвинутые ягодицы и колечко ануса, мужчины ощупывали ее промежность, липкие потные руки жадно лапали ее. Под вульгарные шуточки и улюлюканье кто-то начал протискивать в анус сухой горячий палец. Она, крепко стиснув зубы, зашипела от боли. Палец убрали, оставив острую боль и жжение.

– Ого, такое узкое очко, – гулко сказал кто-то из присутствующих сиплым прокуренным голосом.

– Сейчас мы это быстро исправим, раздуплим, гы-гы.