Семья Звонаревых. Том 1

Профессор Горемыкин требователен в отношении своего предмета, и я должен только поддерживать его, а не дискредитировать в глазах студентов.

Варя поняла всю бесполезность дальнейшего разговора с директором, вернулась в анатомичку и, стиснув зубы от бешенства, принялась снова готовиться к зачёту. Довольно часто она ловила на себе насмешливо-торжествующий взгляд Горемыкина и готова была запустить в него табуретом…

Дома она сообщила Сергею Владимировичу, что Блюмфельд придёт к ним на ужин.

– Дело твоё, – пожал плечами Звонарёв, – но после вчерашнего я на твоём месте ни за что не приглашал бы её в свой дом…

Варя настаивала на своём.

– Спроси, по крайней мере, у Ивана Павловича, что он скажет по этому поводу, – посоветовал Сергей Владимирович. – Наживёшь ты беды, чует моё сердце.

Доктор сразу же решительно высказался за приглашение Юдифи и пообещал обязательно быть у Звонарёвых.

– Хочу посмотреть на эту очаровательную Суламифь, – объявил он по телефону.

– Иван Павлович, – попросила Варя, – приходите с Ка-тей. Я её давно не видела. – Она отошла от телефона. – Итак, сегодня вечером у нас всё же состоятся своеобразные политические смотрины, – сказала мужу Варя и как бы между прочим сообщила: – Кстати, я сегодня срезалась по хирургической практике, должна пересдавать зачёт через две недели.

Этот Горемыкин продолжает-таки сводить со мной счёты.

– Не миновать ему новой встречи со мной, – угрожающе пробурчал Звонарёв.

– Нет уж, в мои учебные дела не вмешивайся, – запротестовала Варя. – Следующий раз я постараюсь не ударить в грязь лицом…

Чета Краснушкиных прибыла к Звонарёвым точно в назначенное время.

– Где же ваша прекрасная Суламифь? – справился Иван Павлович, едва переступив порог гостиной.

 – И как это только Варенька может впускать её в дом? А вдруг Серёжа влюбится? Быть тогда беде!

– Да она косая и косноязычная, – крикнул было Вася, но тут же получил звонкую затрещину от Вари.

– Поделом тебе, атаман-разбойник, – назидательно проговорил Сергей Владимирович. – Никогда не суйся в дела взрослых.

Вася, как и подобает «мужчине», стоически снёс наказание, но зато Надюшка, наблюдавшая эту стремительную экзекуцию, расплакалась так, будто ударили не Васю, а её.

– Надюшенька! Что с тобой? – бросились успокаивать её Варя и Катя.

– Вылитая мама: то же самое выражение милого лица, когда Варенька хочет кого-либо наградить очередной оплеухой, – с улыбкой заметил доктор.

Сёстры с Надюшкой ушли в спальню, а мужчины – в кабинет Звонарёва.

– Ну как, по-твоёму, обстоят Варины дела? – справился Сергей Владимирович у Краснушкина.

– Тебе, как мужу, это должно быть известно лучше, чем мне, – подкусил его доктор. – Я, например, могу сказать, что у Кати всё в полном порядке.