Сердце лета

Мне хотелось одним жестом передать всю любовь и нежность, которую уже не высказать. И прежде, чем Олег завел мотор, его ладонь легла на мои руки и нежно сжала их, вызывая во мне бурю трепета. Мгновение длилось недолго, через минуту мы уже мчались на всех парах к Мишиному участку. Прямо у забора нас ослепила вспышка моего фотоаппарата.

– О, какой красивый кадр вышел! – Маша задорно рассмеялась. – Мы вас уже заждались.

И правда, все успели вернуться. Увидев Красильникова на Пасеке, я тайно спланировала все наши встречи на эти праздники, а теперь… теперь приходилось через силу улыбаться и убеждать себя, что я и без него смогу отлично провести время. С подругами, с ребятами. Осталось только выбросить свербящие мысли из головы. Ладно, позвольте мне немного поныть, прямо сейчас моя жизнь ощущается законченной.

– Было круто! Я бы еще прокатилась! – восхищалась Анька, слезая с квадроцикла.

Маша передала мне фотоаппарат, а Степа подключил музыку к большой колонке. Из динамиков заиграла песня группы Ace of Base «Happy Nation», и меня как молнией ударило. Эта песня напоминала о родителях. Отца я помнила плохо, но мама рассказывала, что эта группа была его любимой и что они танцевали на дискотеке в деревенском клубе именно под эту песню. Маленькой девочкой я заслушивалась мелодией и представляла счастливых, влюбленных родителей.

– Слушайте, а чего бы нам в клуб не пойти? – внезапно для себя спросила я, покачиваясь в такт музыке.

На меня уставились несколько пар ошарашенных глаз. Первым опомнился Женя.

– Классная идея! Мы, наверное, будем одни во всем клубе, зато там и диско-шар, и акустика хорошая, – поддержал он.

– Я с удовольствием! – взмахнула рукой Аня.

– Давайте перекусим и поедем, – вынес вердикт Миша.

Здание местного клуба располагалось рядом со спортивной площадкой, неподалеку от единственной школы. Клуб был размером с крупный одноэтажный жилой дом. На его серых бетонных стенах красовались многочисленные надписи типа «Дима+Света=♥» или «Здесь был Толян», сделанные мелом и краской. Крыша выдержала и смерч, и бури, лишь в одном месте отвалился кусок шифера. Степа подошел к поржавевшей металлической двери и дернул ее на себя. Дверь поддалась только с третьего раза со скрипом, терзавшим наши барабанные перепонки, в нос ударил затхлый запах сырости. Пыль плясала в лучах заходящего солнца, пробивавшихся в грязные окна. Внутри стены клуба были выкрашены в фиолетовый цвет, дощечки паркета местами отсутствовали, диско-шар неподвижно висел в центре потолка. Клуб оказался просторным полупустым зданием, где из мебели были лишь пара скамеек и стол, на котором стояли здоровенные колонки и относительно новая стереосистема времен нулевых.