Сердце лета

Предугадать его поведение казалось невозможным. Я настолько привыкла к своей обычной компании, что могла поминутно прописать, когда Милена сорвется на Андрея, когда Вова отлучится покушать и когда Анька повредит себе очередную конечность.

– Это что, твой дедушка?

Я перевела взгляд на лобовое стекло.

Дверь нашего небольшого дома с потрескавшейся побелкой была нараспашку. Из сенцев лился желтоватый свет, освещавший крыльцо и травянистый пригорок, а также силуэт, стоявший на крыльце со скакалкой в руке. Рука деда сжимала пластиковые ручки, взгляд был затуманен алкоголем и полон гнева. Мне стало так страшно, что захотелось снова оказаться похищенной в багажнике. Я знала, что меня ожидало, и тело заранее заныло от неизбежной боли.

– Что такое? Что это у него в руках?

– Алик, умоляю, останови машину и проваливай!

Олег резко дал по тормозам, и я, не пристегнутая, чуть не влетела лбом в бардачок.

– Что на тебя нашло? Я поговорю с ним, успокойся.

– Не вздумай! Не смей подходить! Слышишь?!

Он удивленно посмотрел на меня. Наверное, я выглядела слетевшей с катушек – вытаращенные от страха глаза, внезапная агрессия.

Я хлопнула дверью машины, хотя и видела, что Алик потянулся за моей рукой. В любой другой день я бы шла на «казнь» медленно, но сегодня почти бежала, чтобы дверь дома поскорее захлопнулась, чтобы его ужасы не выходили за пределы толстых бетонных стен.

– Дрянь такая! – рычал дед.

– Дедушка, прости, извини, мы просто гуляли, праздновали… – молила я, запыхавшись.

Свет дальних фар бил мне в спину, я видела его полосы на примятой траве. Боже, пусть он ничего не увидит! Пусть уедет!

– Закрой рот, скотина! Быстро вошла в дом!

Взойдя на крыльцо, я интуитивно отстранилась от деда и, опустив голову, проскочила в сенцы. В ту же секунду резкая, нестерпимая боль от удара скакалкой обожгла голые ляжки. От боли я споткнулась, а дедушка наконец захлопнул дверь.

– Торт на пляже – это что‐то новенькое… – хихикнула я, радостно разглядывая аппетитный крем и карамельный узор. – Спасибо вам большое, девочки!

Я обняла Аньку и Милену, а затем снова села на песок, поджав под себя ноги. Мы разместились в сторонке от общего пляжа на широком покрывале. Девочки разложили на нем свежее мясо с костра, овощи, соусы, напитки и торт, который мне приготовила Анина мама. Из него торчали две цифры-свечки, образуя число «16».

– С днем рождения, наша любимая Гайка!

Милена поцеловала меня в щеку (шок!) и села раскладывать пластиковую посуду. Парни должны были появиться с минуты на минуту.

– Мы тебя очень любим. Глаш, будь самой счастливой, ладно?

– Слава богу, этот старый хрен соизволил выпустить тебя в день рождения, – буркнула Милена.

– Грачевская!!! – воскликнула Аня.

– Все в порядке, – усмехнулась я.