Ворон. Осколки нас

Буйные фантазии переплелись с реальностью в моей проспиртованной башке. Представил, что сжимаю ее до хруста в тонких косточках, и все равно этого мало… Пиздецки мало…

Отдал тебе свое сердце…

Лебедева, а где твое?

А хотелось раствориться… Погибнуть в ней… Занимаясь любовью ночь на пролет… Распять. Заклеймить мою обожаемую предательницу. Чтобы неповадно было…

Сжав свою дубину, выталкивал судорожные струи воздуха через нос. Раз-раз… Задыхался… А она… дрожала и извивалась, неосознанно сильнее раскрываясь на моей ладони.

Поморщился, поглядывая на свой стояк.

Даже вздохнуть было больно. Намертво. Будто год не было секса. А ведь был в моей жизни один такой год воздержания… С восемнадцати до девятнадцати. Даже чуть дольше.

Кому скажи, не поверят, что можно так загрузиться из-за бабы.

Никого не хотел. Как отшептала. Голубоглазая ведьма. Зато в тот год я узнал, что, если не отвлекаться на телок, можно столько всего уразуметь. Реально прокачал свои скилы как ебучий терминатор.

С шумом вытолкнув воздух, я представил, как она встала передо мной на колени, чувственно приоткрывая ротик. Покорно посмотрела в глаза. Улыбнулась, обхватывая меня своими влажными порнушными губками… Это финиш…

Бл* и еще раз… Ну, вы поняли…

Профессиональный дрочер в деле.

Ухмыльнулся, решив хорошенько проспавшись все же наведаться в «Патрики» на ужин. Любопытно было заглянуть Ей в глаза. У Лебедевой же все эмоции на лице. Сразу станет ясно: было у нас что-то или мне пора надевать смирительную рубашку…

Откинув голову, прислонился спиной к проходной стенке душевой, в красках представив, как Алина бурно кончила, распятая моим телом.

— Ляя-ля-я… — практически не размыкая губ. — С-с…

— Кирюш, ты не против, если я помогу тебе снять напряжение? М?

Я не сразу сфокусировался на хищном прищуре лихорадочно блестящих глаз Лизки. А она время зря не теряла — забралась ко мне в душевую, в чем мать родила, явно наблюдая за «представлением».

— Давай разок напоследок? Ты так заведен… — хихикнула. — Экстренная сексуальная помощь! — порочно облизнувшись, бывшая упала передо мной на колени, не понаслышке зная, что делать.

Глава 17

Ощущение дежавю.

Все это мы недавно проходили…

Тухлый скандал на ровном месте. Нелепые слезы и заламывания рук в ультимативной форме. Истерика, набирающая обороты…

Как итог — её чемодан у порога.

Потому как ничего из вышеперечисленного не возымело эффект, ведь с незапамятных времен женские слезы, в некотором роде, мой триггер. Пожелав Елизавете всего хорошего на дорожку, я зарулил перед сном в душ, где через пару минут и нарисовалась «обиженка».