Шоу Подбор (СИ)

Не став сопротивляться, я потянула на себя ручку двери, невольно прикрыв глаза от резкого солнечного света. Как картинки мелькнули воспоминания: яркий солнечный луч, пестрые рисунки на теле, нестерпимый жар кострища…

Воспоминания заставили испуганно застыть, а затем в паническом порыве отшатнуться назад. Сердце бешено стучало, накатывала тошнота.

— Этель? — спиной я почувствовала, как напряглась грудь Роберта. Его руки пристроились на моей талии, притянув к себе сильнее. — Все в порядке?

Было ли со мной все в порядке? Определенно, нет. Я словно снова ощутила на себе эти взгляды беснующегося племени, когда я кричала, горя в огне чужого обряда.

Ритмичные напевы, топот ног, крики, воздвигнутые к небу ладони диких людей, смеющихся и празднующих мою предстоящую смерть.

Роберт не стал ждать, когда я приду в себя. Подхватив за талию, он буквально вынес меня на тропинку, окруженную зеленым газоном, продолжая прижимать к себе оторопевшую меня. Руки наследника Арчибальдов весьма по-хозяйски поглаживали мою талию, осторожно подталкивая вперед по извилистой дорожке.

Когда первый шок прошел, а дыхание выровнялось, я нашла в себе силы отступить от него на шаг, возвращая необходимую дистанцию.

Сердце продолжало стучать, словно в такт напевам из воспоминаний. А здесь, в реальности, было яркое солнце, духота и влажность, ужасающая мои волосы. Рядом шел Роберт, глядя четко перед собой.

— Воспоминания накатили? — задал он вопрос, снимая пиджак и ослабляя галстук.

— Да, в последнее время они часто…накатывают. — произнесла я, замявшись.

Поднимать эту тему не хотелось. Оказывается, о смерти трудно говорить. Хотя бы потому, что весь тот дикий, первобытный ужас, рожденный в моем сердце, может превратиться лишь в глупые слова.

Я расскажу, а Роберт покачает головой, скажет, как это ужасно и надолго замолчит. Почему? А потому, что никто и никогда не будет знать, что сказать человеку, которого чуть не сожгли заживо. Подобрать правильные слова будет трудно для нас двоих.

— Сегодня будет дождь, — произнесла я, после паузы.

Мы оба подняли глаза к голубому небу и снова замолчали. Облака текли плавно, словно мед. Они медленно разливались по бескрайнему вареву, покрывая сладким и липким слоем кремовую текстуру неба.

Горячий воздух неприятного согревал холодную кожу, заставляя мурашки бегать по спине. В джинсах было невыносимо жарко стоять посреди открытого пространства, куда все солнечные лучи добирались с непередаваемой легкостью. Однако, я не спешила уйти в тенек, да и не горела желанием сменить одежду на юбку или шорты. Светлая кожа, не видевшая большого количество солнца с раннего туманного детства в Британии, была явно непривыкшей к загару. Не трудно представить, как быстро я получила бы солнечные ожоги.