Шоу Подбор (СИ)

Ведь нужно было дойти до Илдвайна, найти агентов Гофман и Джонс, чтобы извиниться, встретиться с девочками. Вдруг они что-нибудь помнят?

Преодолевая сопротивление организма, натянула светлые джинсы, белую рубашку, лоферы с пушистыми помпонами. Поглядев в тонкую щелочку между шторами, обнаружила, что на улице пасмурно. Захватив любимый оранжевый пиджак, подумала, что погода под стать настроению.

Спускалась по лестницам медленно, преодолевая желание постыдно сбежать в апартаменты и забаррикадироваться там. Мало ли, вот сбегу я вниз по ступеням, а там пол первого этажа в руинах после моей вчерашней попойки? Прецедентов, конечно, пока не было, но ведь все бывает в первый раз.

Вопреки ожиданиям все было тихо и мирно. Бальзам на душу! Заглянув на кухню, попросила сделать мне два кофе и, довольно потягивая один горьковатый напиток, а второй подхватив с собой, направилась прямиком в кабинет сэра Аньелли.

Во-первых, нужно было узнать о том, куда подевалась моя охрана. Незримого присутствия агентов за моей спиной не ощущалось. Обычно по спине пробегалась россыпь холодных мурашек, вызванная ветерком от движений инквизиторов.

Сейчас же я ничего не чувствовала. А потребность попросить прощения за причиненные им неудобства скребла на душе, заставляя чувствовать себя последним предателем и чудовищем.

Во-вторых, хотелось узнать мнение сэра Аньелли относительно вчерашней новости о работе Хоткинса под прикрытием. Мне было трудно поверить, что блондинчик способен работать под прикрытием. Да и нигде, ни в одном источнике, я не слышала о его прошлом в Инквизиции. Неужели такое можно скрыть? Это, как если бы я, будучи Оплфорд, взяла другую фамилию, а о прошлой умалчивала.

Правда, рано или поздно, выбилась бы наружу, шокируя публику с нежной психикой.

Безусловно, Калеб мог припрятать эту часть своей биографии в качестве козыря. Но служба в Инквизиции — это целая колода карт, состоящая из одних джокеров. Или все дело в том, что красавца до сих пор привлекают к работе? Мол, невыгодно рассказывать публике о прошлом в Инквизиции, если ты их тайный агент и по сей день.

Постучав в дверь кабинета сэра Аньелли, распахнула ту, не дожидаясь дозволения войти. Не чужие уже люди, можно обойтись и без некоторых расшаркиваний.

Хотя, конечно, истинная британка внутри меня билась в истерике и умоляла быть вежливой. Но, пожив в столице, я научилась выборочно относиться к этикету. Старалась производить впечатление вежливой девушки, но без подобострастия.

Франческо, например, терпеть не мог мои учтивые: «А не могли бы вы…?» и «Не затруднило бы вас?…». А когда я начинала предложение со слов: «Прошу прощения за мою бестактность…», его перекашивало так, словно он разом съел ведро лимонов и заел все это щекоткой соли.