Шоу Подбор (СИ)

 — вдруг произнес Эвард, направляясь к дивану. — Подорвать склад с оружием, надо же… Давненько не слышал таких идеи. С тех самых пор, как Клодель пережил период юношеского максимализма. Помнится, это он предлагал ввести смертную казнь как меру наказания. Радикальным он был парнем.

А я задумалась. Смертная казнь — мера наказания жестокая, непримиримая и суровая. Ее и врагу не пожелаешь. Но с другой стороны, есть преступники, которые убивали людей сотнями, а потом сбегали из тюрьмы и исчезали за горизонтом. До сих пор многих не могут найти. И семьи пострадавших каждую ночь вздрагивают от любого случайного шороха, думая, что за ними пришли.

Было бы им легче, если бы они знали, что убийца, причинивший столько боли и вреда им и их близким, мертв? Я не знаю.

Но насколько это справедливо? Каждый имеет шанс на осознание собственных ошибок, раскаянье, а затем на попытку все исправить. Ведь прошлый преступник может стать другим человеком, а остаток жизни потратить на безвозмездную помощь нуждающимся.

И разве правильно уподоблятся этим же убийцам, используя их же методы в качестве наказания? Что представители закона скажут этим жестом людям, чему они будут учить нас и будущее поколение? Убивать словно мы дикие и принимать правило кровь за кровь, как данность? Это безумие чистой воды.

Мы не искореним преступность, если будем казнить каждого. Скорее, сами превратимся в убийц, смывая четкие гранью между преступлением и наказанием. Каждый может сказать, что тот чувак, которого он пристрелил, сел на его любимое место, оскорбив тем самым его чувства, а значит он — преступник, пусть получает пулю в лоб. Убийство за убийство — это смехотворно, жестоко и в духе девяностых.

— Этель, то, что ты предлагаешь — хороший план, но не надежный. — произнес Эвард. — Прежде, чем каждый виновный получит по заслугам, меня уже убьют. Поэтому, мисс Оплфорд, отвечай на вопрос. Брось несбыточные мечты и возвращайся в суровую реальность.

— Возможно, Арчи пытался повлиять на мое решение, — ответила я, не желая скрывать свое недовольство тем, что Эвард перевел тему. И все же я понимала его. Дворецкий просто пытался выжить, как и любой, кто мог бы оказаться в его ситуации. — но у него ничего не вышло.

Я не хотела возвращаться назад, начинать все сначала там, где осталась кучка жженого пепла. Эвард, я не марионетка, я не пойду и не стану делать то, что мне говорит мужчина только потому, что он дернул за нужные веревочки. Да, я любила его, но это не превратило меня в ту пустоголовую и восторженную глупышку, о которой рассказывает нам кинематограф, писатель и СМИ. Я была способна трезво рассуждать и прекрасно понимала, что никто не позволит мне продолжать вести свою прежнюю жизнь, окажись я замужем за Арчи.