Шоу Подбор (СИ)

Не-ет, утра бывают неприятными не только из-за психологического и физического состояния индивида. Дело может быть и во внешних факторах. Открытой шторе, распахнутом окне, пропускающем внутрь помещения выкрики с утренней тренировки инквизиторов. Или, к примеру, в неприятном типе, настойчиво втирающем, что он — мой новый телохранитель.

Но разве может быть мужик, неприлично ворвавшийся в апартаменты дамы в пять утра и потребовавший у несчастной женщины незамедлительно подорвать свое тельце с кровати, дабы отправить то на какую-то там тренировку, моим телохранителем? Я вот не могу в это поверить.

Или просто не хочу?

— Еще раз, — как-то устало попросила я, с головой накрываясь одеялом. Под ним осознать тяжелую новость было как-то проще. — вы — мой новый телохранитель?

— Да, — твердо отозвался мужчина в форме инквизитора, кинув на меня спокойный, снисходительный взгляд из-под черных ресниц. Собственно, несмотря на внешнюю невозмутимость, он явно начала сомневаться в моих умственных способностях. Этот вопрос я задавала не в первый раз…

А дело в том, что с самого утреца, в пять ранехоньких часов, ко мне заявилась этот…инквизитор, объявив, что настал час для строевой подготовки.

Предварительно неприятный тип вылил на меня кувшин ледяной воды и включил на полную мощность гимн Инквизиции! Какого черта это значит, и что он тут забыл, собственно, я у него и спросила. На что получила ответ, что он, Джейсон Трейд, мой телохранитель, взял на себя ответственность сделать из меня, мягкотелой аристократишки (его слова, между прочим), нормального человека.

А нормальные люди, судя по поведению Джейсона, просыпались в пять утра под гимн Инквизиции и прямиком шли истязать свое несчастное тело порцией ледяной водицы.

Как по мне, так проще сразу в морозильник залезть. И гуманнее.

— Вы уверены в этом? — отчаянье скрыть не удалось. Зато я смогла приподняться на локтях, кинув на инквизитора взгляд, преисполненный безысходности.

Мужчина, по-военному расставив ноги и скрестив руки у себя за спиной, прямо глядел на меня сапфировыми глазами, и ни один мускул на его лице не выражал ни граммулечки сожаления. Присутствовали огненно-рыжая копна волос, высокие скулы, поджатые губы, густые брови, а вот сострадания не было!

И вообще, мелькало в нем что-то такое, что внушало страх.

Почти как в Клоде, только внутри этого инквизитора не было стали уверенного в себе мужчины. Но было горячее железо…жестокость? Клянусь, в его глазах плясала безудержная страсть, злой огонь, азарт играть до последнего вздоха. Глядя на него, я могла представить, как Джейсон первым рвется в атаку, бездумно, без плана и какого-то расчета, опираясь лишь на силу адреналина и собственную самоуверенность.