Шуры-муры с призраком

– Закрой глаза, – вещала Глаголева, – и замри, иначе отпечатки не проявятся.

– Какие отпечатки? – заморгала я.

– Убийцы. Ты перестанешь наконец болтать? И как только врачи в больницах с живыми работают? – негодовала эксперт. – Рот у них не закрывается.

– Лена! Мне надо удалить краску с лица, – напомнила я.

Глаголева осеклась, но уже через секунду продолжила:

– Не важно. Оборудование дорогое, оно не привыкло, что в нем кто-то вертится. И последнее: мы подруги, поэтому я и взялась тебе помогать. Но я не имею права использовать прибор в личных целях. Поэтому, если кто сюда зайдет, не шевелись, помни: ты труп! Не подведи меня! Народ разный, побегут начальству стучать, Бунин, например.

– Не переживай, заступлюсь за тебя перед Максом, – пообещала я.

– Просто веди себя, как велю, расслабься и получай удовольствие, – приказала Глаголева и включила прибор.

Послышалось гудение, я повернула голову и вдруг сообразила, что агрегат совершенно прозрачный: он же стеклянный. Если сейчас во владения эксперта кто-то заглянет, то увидит меня голую во всех подробностях. Я собралась уже застучать по закрытой крышке, но тут емкость начала наполняться паром. Я слегка успокоилась, белый туман скроет фигуру, можно не переживать по поводу обнаженки. Через какое-то время мне стало тепло, потом влажно, слишком горячий воздух обжигал нос и щипал глаза. Я закрыла веки и постаралась глубоко не дышать. Нет, долго я так не выдержу. Это похоже на посещение парной, а я терпеть не могу баню. В тот момент, когда я уже совсем собралась колотить по стеклу, повеяло прохладой. Я открыла глаза, поняла, что туман рассеивается, и вдруг увидела: около контейнера кто-то стоит, и это не Лена, а мужчина… Роман!!! Помня слова Глаголевой, что надо изображать труп, я молча уставилась на компьютерщика. Брови Бунина взметнулись вверх, глаза сделались круглыми и вылезли из орбит. У него был такой ошарашенный вид, что я не выдержала и рассмеялась. Компьютерщик развернулся и выбежал из лаборатории, стеклянный аппарат издал чихающий звук, откуда ни возьмись появилось облако красной пыли и обрушилось на меня.

– Ленка! – заорала я. – Что за чертовщина?

Глаголева открыла агрегат.

– Больше никогда не стану тебе помогать. Сто раз повторила: лежи тихо! Бунин убежал с воплем, уже несется к Максу или Костину.

– Не волнуйся, я решу проблему, – пообещала я. – Чем меня завалило?

– Долго объяснять, – вздохнула Лена, – держи мыло, одноразовое полотенце висит в душе. Вымойся как следует, лицо потри вот этим раствором, нальешь его на губку, вот она.

– Похоже на наждачную бумагу, может, не надо? – засопротивлялась я.

– Надо, Федя, надо, – буркнула Глаголева, – действуй.