Съём без правил

— Да, папа, — быстро принимает звонок, — нет, я буду позже. Как он держится?

— Я тоже поеду, только надо разузнать, когда именно разрешены посещения. Наверное, можно посмотреть на их сайте.

 — Да о чем ты говоришь? Это какой-то кошмар.

Продолжительная пауза.

 — Я скоро вернусь, обещаю. Если маме будет плохо, снова вызови «скорую». Пусть вколют успокоительное.

На минуту мне становится стыдно за то, что я использую эту юную студентку из малообеспеченной семьи, с ворохом своих проблем, с наверняка сложной жизненной ситуацией в своих грязных, далеко идущих целях. Меня одолевает порыв поинтересоваться у Марины, что у нее случилось. Но я отворачиваюсь, смотрю на дорогу, сжимаю колесо руля, сдерживая себя. Мне кажется, лезть в ее жизнь слишком жестоко. Пусть лучше это будут товарно-денежные отношения, чем мы станем ближе, а в итоге, я останусь с Людочкой. Полагаю, что в ее семье кто-то заболел. У меня из семьи только бабушка. Отец свалил, когда мне и трех не было, благо, что помогал деньгами все эти годы. Квартиру купил, ту, куда я вожу свою «коллекцию».

А мать? У матери блог о сохранении красоты и молодости, сейчас она озадачена выбором новых грудных имплантатов. Об это я, конечно же, узнал не от нее, а в комментариях к блогу. Подумал о матери, и на душе стало паршиво. С детства брал на себя ответственность за ее безразличие и разврат. Поначалу ругал ее мужиков, а она всегда была за них. Потому что все из мужиков вытянула. Первый ей квартирку купил, второй помог с бизнесом и так далее, и тому подобное. Каждый раз, когда из спальни выходил новый амбал, мы начинали выяснять отношения, и она успевала выдолбить мне весь мозг. Теперь мне глубоко наплевать с кем она спит, прошло…

— Лучше бы ты поскорее завалил ее, — выводит меня из раздумий тихий голос Марины, — трачу время на всякую хрень.

Я притормаживаю, и «моя девушка» выходит наружу, громко хлопая дверцей. Почему-то неприятно слышать о ее желании поскорее избавиться от моего общества. Надо плюнуть, вспомнить, что я лучший в своем деле и успокоиться. Поднимаю руку с ключом, закрывая авто, и, развернувшись, замираю перед крыльцом здания, к которому мы подъехали.

— Это же школа. Здание, итить твою налево, школы. Не понял, на кой хрен мы сюда приехали? — раскидываю руки, поворачиваясь к Марине.

— Красиво жить не запретишь, — она ухмыляется, глядя на меня.

Знает видимо больше моего. И молчит. Засунув руки в карманы, следую за ней. Переодевшись, мы долго идем по темным, пустым коридорам, рекреациям и лестницам. Чем дольше мы идем, тем громче становятся звуки музыки, чужого смеха, переходящего в гогот, и всплеск воды. Спустя какое-то время, мы, держась за руки, заходим в просторное, полутемное помещение с большой чашей воды. Здесь заметно теплее. Бассейн разделен четырьмя дорожками.