Скажи миру – «нет!»

Довольный жизнью и счастливый.

Толкнуть Танюшку к балку. Там ребята, там ружье… Главное, чтобы она не заупрямилась, бежала изо всех сил. Я тоже побегу, но не сразу. Может быть, успею добежать, а если нет… он отвлечется на меня, и у девчонки будет время убежать. Вот что главное. А там, может, еще и мне повезет.

– Тань. – Я положил ладонь ей на плечо и приблизил свои губы к ее уху. – Это не собака. Это медведь.

Сказать «беги» я уже не успел. Медведь начал поворачиваться…

…Я никогда не слышал, чтобы Танька визжала. Ни-ког-да. Ни на Земле, ни здесь. Если становилось очень страшно, она закусывала губу – и все.

Медведь тоже реагировал странно. Подскочив на всех четырех лапах, он громко и испуганно рявкнул, собрался в комок и, словно брошенный с горы валун, с треском, хрустом и грохотом покатился через кусты, не разбирая дороги и легко переламывая деревца толщиной в две руки.

– Не ходи-и!!! – завопила Танюшка, вцепляясь мне в плечи.

– Да он уже к Балтике подбегает, – с трудом выговорил я и, оглянувшись, увидел, как по крыльцу ссыпаются все наши.

– Ничего. – Я вдруг ощутил какое-то подергиванье внутри. – Тут был медведь, но Танюшка его убила, я думаю.

После этого я плюхнулся в мокрую траву и совершенно искренне заржал.

Танюшка буквально навязалась со мной – я, собственно, и не возражал, почему бы и не прогуляться по московским окрестностям? Арниса и Кольку Самодурова я тоже взял с собой.

Вадим со своими ушел на час раньше. Выступили и мы – вдоль ручья, взяв направление на все тот же поднимавшийся дымок. Колька с ружьем шагал по одному берегу, мы втроем – по другому.

Как-то неожиданно мы вышли в обжитые места. Ручей вдруг свалился небольшим красивым водопадиком на дно широкого оврага, заросшего ивняком, – там текла речушка, уютно журчавшая на перекатах. Чуть в стороне через овраг был перекинут мостик, а за ним начиналась утоптанная тропинка. У самого ее начала на разлапистом дубе были вырезаны две сплетшиеся спиралью змеи, повернувшие друг к другу головки.

Священные ужи – версия Игоря Мордвинцева насчет прибалтов подтверждалась. Я мысленно перевел дух – на карте Йенса не были обозначены здешние стоянки, мне вовсе не улыбалось встретиться с какими-нибудь ненормальными. А прибалты – это свои, из Союза. Хорошо бы еще и вторая компания оказалась неплохой. Тогда точно можно тут поселиться, дружить домами… и как знать – может, Йенс-то и оказался бы не прав, а вот идея Сергея о создании государства обрела бы смысл.

Меня так подбодрила эта мысль, что я махнул рукой и весело, громко сказал:

Вадим взял с собой двух Игорей – Северцева и Сморча, наотрез отказав всем девчонкам. Он собирался идти быстро: два десятка километров по лесу – это за пять-семь часов, в зависимости от местности.