Сколько стоит ваше сердце?

Эта дурочка должна видеть падение своего героя?

— Она не дурочка, — Рамер Девятый предупреждающе свел брови, — она просто южанка.

— И что? На юге солнце квадратное?

— Нет. Просто там свои представления о жизни. Там считается, что кровь, как и любые другие телесные жидкости, обрезки волос и ногтей, частицы кожи можно использовать для темного колдовства. Ни одна знатная дама не выедет на прогулку, не убрав волосы под сетку, потому что выпавшим волоском могут воспользоваться.

— Я и говорю — дурочки. Слушают сказки старых безграмотных нянек. Нет, чтобы книги почитать.

Так они, наверное, даже буквы не все знают, а только те, которые есть в собственном имени. — Абнер встал, сочтя разговор оконченным, — дуэль организую. Можно даже завтра, это не сложно. А вот вопрос с кровью своей Алеты — тебе придется решать самому. Мне хватит одной капли.

— Да понял я, понял, сделаю, — Рамер покосился на папки и придвинул к себе следующую. — На дуэль… позовешь.

— Обязательно, — кивнул Абнер, — должен же ты убедиться, что закон есть закон и он незыблем. Тем более, если это закон природы.

— А вот это — знаменитый дом, где был подписан приказ о "Походе Очищения" на Кайору… тогда она называлась Гуадлаахе…

— Не в резиденции? Почему? — удивилась Алета, разглядывая огромный, но какой-то неприветливый серый особняк с волчьими мордами по периметру.

В темноте ночи он казался особенно огромным и пустым — с наглухо заколоченными ставнями и огромным замком на узорной калитке.

— Она как раз перестраивалась и двор временно переехал сюда. Это было единственное подходящее место. Сейчас остался только особняк, остальные постройки снесены, а раньше здесь было целое поместье, даже коз держали.

Его занимала теща Императора, так что выбор был очевиден.

— А кому дом принадлежит сейчас?

— Наследникам, но они тут не живут. Он выставлен на торги, но, учитывая историческую ценность и устаревшую конструкцию, ни у кого нет желание вкладываться в такое бесполезное владение. Земля в столице дорогая, но этот дом нельзя сносить, а жить в нем невозможно. Вот и стоит памятником имперским амбициям, — Марк потянул девушку за руку, — это грустная история. Хочешь веселую? Там дальше, по улице есть дом, который шесть раз перестраивали с Храма на кабак и обратно.

Сейчас он снова Храм, а когда я был мальчишкой, там был кабак.

Большие глаза Алеты стали еще больше:

— А пойдем со мной. Расскажу и покажу.

— Мы успеем вернуться?

— Не беспокойся. У меня хорошее чувство времени. За час до рассвета будешь во дворце — еще на Небесную Гавань полюбуешься.

Луна плясала над острыми крышами — и совсем не павану, и даже не эльс, а что-то вроде бранли поваров или прачек. Эхо шагов по брусчатке разносилось далеко вокруг.