Сколько стоит ваше сердце?

Взгляд упал на собственную, левую руку, упакованную в тяжелый и неудобный браслет.

…Интересно, каким образом создатели этого дивного украшения умудрились сплавить стекло и металл? Антимагический наруч был даже не двух, а трехслойный: обычная, хотя и очень прочная сталь сверху, темное зеркальное стекло изнутри, а между ними тонкий, тоньше волоса, слой анеботума — Марк его даже не разглядел, просто угадал. По характеристикам.

Зато теперь стало полностью понятно, почему можно дотянуться только до стихии-антагониста. Зеркало же, да еще обращенное вовнутрь. Но если анеботум… То, по любому, портальная магия, а значит… Значит, до своей стихии, или до родственной тоже можно достать порталом.

И очень просто!

Нет, конечно, на счет "просто" — это он погорячился, расчет будет адски сложным, но и всего лишь… Ничего невозможного в нем нет.

Когда снова по-кошачьи мяукнули дверные петли, Марк был по уши в формулах и почти не обратил внимание на конвойных, которые привели пожилого жреца с лысой, как колено, головой.

— Здравствуй, сын Неба, — тихо, вкрадчиво произнес он. Голос, как и у всех жрецов, был звучный и очень красивый.

Специально их тренируют? Точно так же, как и приходить не вовремя?

— Извините, ваша Святость, — отмахнулся Винкер, — присаживайтесь куда-нибудь. Я сейчас закончу… наверное. Но, вообще-то, я не верующий, так что если вы торопитесь…

— Я подожду, — так же тихо и терпеливо ответил жрец и опустился на койку, застеленную шерстяным одеялом.

В камере стояла тишина, лишь поскрипывало перо, да жужжала муха, залетевшая сквозь окно под потолком.

Сколько прошло времени, Винкер не знал — слишком увлекся. Но когда последний символ занял положенное место, числа сошлись до четвертого знака после запятой и он, удовлетворенно и слегка самодовольно улыбаясь, выпрямился — пожилой жрец все еще сидел на койке.

Кажется, он даже не пошевелился.

— Простите, — произнес Винкер с искренним сожалением, вставая и кланяясь, — со мной такое бывает не часто. Обычно я неплохо чувствую время.

— Пустое, — жрец шевельнул пальцами. Глаза у него были глубокие, светло-карие с легкой прозеленью и теплые, как вода в лесных ручьях. — У меня время есть.

— В отличие от меня, — кивнул Винкер. — Я слушаю вас, ваша Святость.

Хотя не понимаю, зачем жрец махровому и законченному атеисту. Вряд ли вы убедите меня, что я всю жизнь ошибался. И вряд ли я соглашусь так резко повернуть, когда моей земной дороги осталось всего пара шагов… Ну, хорошо, пара десятков. Или сколько там до виселицы?

— Сто сорок два, — спокойно ответил жрец.

Брови Марка шевельнулись.

— Я знаю так точно, потому что не раз проходил этот путь, сопровождая тех, кто решил мне довериться.

— А-а, — сообразил Винкер, — тогда понятно. Ну что ж… Я пройду этот путь один.