Сколько стоит ваше сердце?

— Почему на вас не все награды, шевалье?

— Все пока не получил. Был занят. Сидел в тюрьме.

— Для Шанту я бы эльс играть не стал.

— О, наверняка есть музыка, которую вы бы с удовольствием сыграли для Шанту.

— Безусловно. Похоронный марш…

— Мэтр, я ваш поклонник, — Марк отсалютовал и снова нырнул в толпу. Обнаруживать себя раньше времени не входило в его планы, но и тянуть он не собирался.

Едва войдя в зал, Винкер отметил, что посты утроены и расставлены так, чтобы не выпускать из поля зрения ни ара пространства. Алету обложили со всех сторон. Стерегли, как величайшую драгоценность короны.

Может быть, конечно, очередное покушение… Но, похоже, все это сделано лишь для того, чтобы помешать им встретиться и поговорить.

Марк нашел взглядом высокую фигуру в черном, с цепью на шее и тонким венцом на темных волосах. Император улыбался, наклонялся к Алете, что-то шептал. И время от времени бросал в толпу ищущие взгляды. Которые не обещали ничего хорошего.

"Вы серьезно, Ваше Величество? Не думаю, что здесь будет труднее, чем в Атре".

— Стратег, — окликнул Винкера знакомый мягкий голос.

— Да, мой маршал, — Он обернулся. Взгляды встретились.

— Мне кажется, или вы собираетесь совершить эпичное самоубийство?

Врать Монтрезу почему-то совершенно не хотелось. Хотя Марк отчетливо понимал, что в этом бою Кот — союзник скорее императора, а никак не его. И тем не менее…

— Как получится, — ответил он.

— У меня есть хотя бы крохотный шанс отговорить вас от этой безнадежной затеи?

— Ну почему сразу безнадежной? Обычный бой с многократно превосходящим противником. Ничего нового. — Винкер криво улыбнулся, — Безнадежным он станет в тот момент, когда сама Алета скажет, что стала императрицей по доброй воле и желает оставаться во дворце.

Не раньше. Раньше я не сложу оружия.

— Марк, я клянусь душой и магией, что устрою вам встречу. Вы сможете поговорить без свидетелей и прослушки…

— Мы и поговорим. Сегодня. Здесь. Хорошее место и хорошее время.

— Это как? — изумился Марк, — Мой маршал, я стратег. Я не жду благоприятных условий, я создаю их сам.

Эшери покачал головой. И очень тихо сказал:

А потом вытянул руку и прищелкнул два раза. Рядом, словно из под земли, вырос тот самый адъютант, который сегодня был в гражданском, но все равно на службе.

— Найди Маркиза. Боевая тревога. Прикрываем стратега Бессмертных. Никого не убивать.

— Исключения есть? — невозмутимо спросил тот.

— Только если Гевор геройствовать полезет.

— Это вряд ли, — усмехнулся адъютант и исчез, умудрившись даже никого не толкнуть.

Алета сидела в высоком, очень удобном кресле на небольшом возвышении, смотрела в глубину зала и старательно удерживала на лице улыбку.