Сколько стоит ваше сердце?

Эшери невольно хмыкнул, вспомнив, как он, в итоге, вывернулся из положения — принес Обет Служения на три дня во исполнение Миссии… О чем честно сказал жрецу. Эшери вообще не особо жаловал вранье и избегал его везде, где можно. Собственно, и тут не соврал.

Миссию он выполнил, микстуру скрал. Но какой был переполох! На благородного послушника, правда, никто не подумал, но пару раз Эшери вполне искренне молился, когда маг из ратуши снимал ауру у всех, хоть каким-то боком причастных к делу, и когда делал доклад его матушке.

Конечно, никого не нашли и экзамен Эшери засчитали.

Сейчас он, как бешеный заяц, петлял по городу, водя за собой: облажавшийся по полной эскорт баронессы, пару усиленных городских патрулей, отряд стражи, присланный дядей и Бездна знает кого еще… Вот даже интересно, они всерьез до сих пор думают, что гоняются за беспомощной, запаниковавшей девицей, узнавшей о немилой свадьбе и сбежавшей безо всякой подготовки?

Где ж вас находят, таких наивных? Не иначе, на грядках выращивают, как кабачки.

Монтрез набрал хорошую скорость и с разбегу махнул через забор высотой в собственный, не самый маленький рост. Дыхания пока хватало, хотя бегал он уже третью длинную клепсидру… и на дольше бы хватило.

Отец тоже гонял его на совесть, не смотрел, что сын, что герцог, что костью тонок — когда Эшери падал носом в землю, не стеснялся и пинками поднять. Не хочешь бегать — будешь лежать… В гробу.

Он пересек еще один двор, давно бросил их считать, и уже почти нырнул в узкий переулок, когда вдруг резко затормозил и только в следующий миг понял, почему его мудрые ноги встали сами, не дожидаясь команды от слишком занятой головы.

В переулке разговаривали.

Эшери прижался к стене дома, стараясь выровнять пульс и успокоить сбившееся дыхание.

Голосов было два, оба мужские.

— Да зря мы тут караулим, — говорил напористый тенорок, — у реки он выскочит, коню ясно! А там в лодку — и вдоль побережья. Или какой-нибудь корабль его ждет… А тут — что: вглубь города, в богатые кварталы, где все перекрыто. Не полезет он сюда.

— То — дело не мое, — гудел второй, густой и гулкий, как из бочки, — шпион может куда угодно бежать, хоть прямиком в Облачный сад или на Ледяные равнины. А мне десятник сказал здесь стоять и каждого, кто покажется, першней по кумполу глушить — я и стою.

— Потому что ты — дурак, — определил первый, — и никакой награды с тобой не выслужишь. Зря я с Кривым не пошел. Эх, так и усну сегодня бедным…

Эшери невольно улыбнулся. Эту местную поговорку он слышал от Алеты: "Кто засыпает бедным, тот не проснется богатым". Мятежному и деятельному городу она была точно по размеру, как платье, сшитое хорошим портным.