Скованные

Нэнси сжимала мою руку повыше локтя, семеня на полшага позади. Мы вошли в душное помещение, разноцветные лучи пронизывали темное пространство, яркие блямбы под высоким потолком точечно падали в разные места. Длинный бар справа подсвечивали неоновые ленты, на высоких стульях сидели девушки разной степени откровенности и вульгарности. С каждой из них беседовал один или несколько парней, более взрослые мужчины здесь тоже присутствовали.

Музыка проходила ритмичной пульсацией по ногам через все тело, побуждая невольно похлопывать ладонью по ноге в такт.

По краю зала простирались столы с небольшим расстоянием друг от друга. Большая часть занята, один маленький столик на двоих пустовал.

— Идем! — крикнула, и потянула Нэнси за собой.

Обойти танцпол не вышло — проход загородили что-то выясняющие между собой нетрезвые личности. Прокладывать путь между танцующими не самая легкая задача: они никого не замечали, врезались плечами, кто-то наступил на ногу.

Неужели нельзя глаза открыть? Обязательно доставлять окружающим дискомфорт?

Наконец добрались до столика.

— Я думала, в это время будет мало народа, — здесь можно не надрывать связки, но Нэнси все равно немного подняла голос, иначе пришлось бы читать по губам.

— Наверно здесь принято начинать развлекаться пораньше, — пожала плечами, рассматривая небольшое меню из малого количества съедобного и широкого ассортимента алкоголя.

Мы заранее договорились, что ничего употреблять не станем. Я не понимаю смысла в градусных напитках, Нэнси, мне кажется, и одной капли будет достаточно, чтобы опьянеть.

— Может просто закажем сок? — она обернулась на танцпол. — Мне страшно здесь есть, вдруг в еду что-то подмешивают?

Усмехнулась незаметно. Фантастическая теория, но я не против. Меньше риска.

— В сок тоже могут подмешать.

Нэнси уставилась на меня, словно прежде эта мысль ее не посещала.

— Давай просто посидим? — предложила она и сцепила пальцы перед собой на столе.

— Так и до паранойи недалеко. Не думаю, что это заведение настолько убогое, чтобы подсыпать посетителям в сок всякую дрянь.

Все будет хорошо. По крайней мере хочется верить.

Каждая нота танцевальной музыки разливалась по телу, проникала под кожу в паутину вен и молекулами неслась прямиком в сердце, заставляя его биться в такт.

Новая композиция — новый ритм. Иные движения: от плавных до резких. На волне музыке. На острие свободы. Когда каждый вдох отдаляет проблемы, и они становятся внешними. А здесь, внутри, только наслаждение танцем. В нем нет глубокого смысла, он и не нужен. Я проживаю его: хаотичный, дерзкий, чувственный, задорный, меланхоличный, — и больше ничего не надо. Ни одобрений, ни восхищений завистливых или искренних. Ничего.