Скованные

— Для чего еще вы нужны? Служить нам ваше истинное предназначение, — Дрейк говорил спокойно, без пафоса.

Но слова! Их смысл… Чудовищно: таких, как он — большая часть студентов универа, и почти все жители столицы.

Мы въехали в Зеленый район. Осталось потерпеть совсем немного.

— Лучше тебе смириться, — Дрейк спокойно продолжил. — Осознать, принять и свыкнуться, если не хочешь стать общественной игрушкой.

Его смешок только укрепил мысль: он считает это фактом. Данностью, над которой и злорадствовать не имеет смысла. Абсолютное безразличное спокойствие.

Изнутри рвался шквал неприятных слов. Тех, которых столичный достоин.

Автомобиль остановился на парковке перед воротами. Вышла из машины первой.

Я скажу… сперва попаду на территорию универа, а после сдерживаться в выражениях не стану.

Обреку себя тем самым на ворох проблем, но черт возьми! Как промолчать?

Прохлада ночного воздуха пробиралась под свободное худи.

Дрейк неторопливо шагал к воротам — наблюдала боковым зрением. Сама даже не пыталась открыть, все равно не пропустят.

Столичный приложил циферблат наручных часов к сканеру.

Секунда ожидания, вторая, третья…

Перед глазами пустая улица, темные листья деревьев. На столичного принципиально не смотрела. По моему лицу блуждал взгляд Дрейка, с трудом удержала себя от ненавистного ответного, когда все презрение читается в каждом пятнышке радужки.

Створка ворот с коротким щелчком приоткрылась.

Влетела на территорию, немедля ни секунды. Второй щелчок оповестил о закрытии ворот.

На середине пути к корпусу развернулась.

Дрейк с расправленными широкими плечами лениво смотрел по сторонам, двигаясь неторопливо.

Слова жгли язык и обжигали горло настолько, что желание дать им свободу стало нестерпимо-болезненным.

— За пределами столицы тоже люди живут. Такие же, как вы. Представляешь? Мы не хуже вас, а вы не лучше нас. Все ваше превосходство надумано, никто не обязан служить вам, полируя ботинки и член до блеска.

— Как трогательно, — насмешливо протянул Дрейк. — Кто еще так считает?

Я начала продвигаться дальше спиной, удерживая между нами большое расстояние.

— Все! — всплеснула руками. — Все приезжие!

— Тогда завтра на посвящении вы объединитесь и дадите нам, столичным, достойный отпор, — ироничный скептицизм смешался с воодушевлением.

Повернулась к нему спиной и взбежала по ступенькам ко входу.

Дадим отпор. Не сомневайся.

Джана и Фиф лежали на одной кровати и что-то смотрели на планшете. Они синхронно обернулись на звук закрывшейся двери.

— О, нашлась пропажа, — хмыкнула Фиф.

Я спиной чувствовала взгляды, пока убирала крем в свою тумбочку.

— Где была? — Джана села на кровати, скрестив ноги.

Терпела общество высокомерного столичного. Такой вечер хотелось поскорее забыть.