Скованные

 — Никто не против?

Отвечать за всех у тебя обычная практика, да?

Мысленный вопрос заставил меня усмехнуться.

Я перешла на другую сторону бассейна. Столичные разбрелись, освобождая нашу территорию "приезжих".

Нэнси при виде меня потянула мешковатую футболку наверх.

С ума сошла, решила раздеться на глазах у всех? Страх отчего-то кольнул, но быстро растворился. Под низом оказалась еще одна футболка.

— Возьми, — Нэнси протянула мне нелепую одежду.

Приняла с благодарностью. Это лучше, чем светить бельем.

Утонула в футболке по колено.

Где только находят такие вещи?

Нэнси оправила свою одежду и резко вскинула голову. Проследила за ее взглядом. Она могла смотреть на кого угодно: от парня в черной толстовке до надменных столичных дамочек.

— Вы все зарегистрированы в сети Амока, — голос Малина привлек внимание.

Он отскакивал от стен, становясь громче.

— Каждый из вас преданно и верно служит своему хозяину. Мы не даем право выбора. У кого оно было, тот знает, — бледно-желтые глаза полоснули меня как ножом по горлу.

Пальцы Нэнси вновь вцепились в мое предплечье.

— Посвящение традиционно является неким конкурсом, — подхватил Дрейк. — Сегодня вам откроется доступ к первому этапу.

Мы участники развлекательной программы для столичных? Не слишком ли много мы должны для них делать?

— Ноги полизать, на задних лапках постоять? — опоздавшая девушка озвучила то, о чем подумала я.

Столичные хохотнули с протяжным "о".

— Я точно тебя трахну, — со смешком заявил тот наглый столичный, вступивший в перепалку с Малиным.

Возможно что-то и отразилось на ее лице, но передо мной только затылок.

Дальнейшей реакции от нее не последовало.

— Я не хочу участвовать, — я заявила твердо, сцепив руки под грудью.

Уголки губ Дрейка подернулись наверх, а Малин не улыбался. Совсем. Он просверлил во мне очередную сквозную дыру и обвел нас, первокурсников тошнотворно-убийственным взглядом.

— Вы представляете своего хозяина. Подведете его — отвечать будете перед ним же. Чей вы слейв узнаете из своего профиля.

Скривилась от знакомого слова.

Брат рассказывал, что помимо гордого звания "биомусор" присваивается еще одно.

Слейв — невольник, раб конкретного "хозяина". Он может сдать в аренду другому, например. Обменять на другого слейва, если надоела. Может делать что угодно. Что захочет.

Будешь послушной — молодец, не будешь — бросит толпе как кусок мяса. Поэтому все безропотны и безвольны. Остальных либо сломали, либо они сломались сами.

— Все, идите, — Стив замахал кистями, будто отгонял раздражающую букашку.

Нэнси шла рядом, не отпуская моей руки. Обернулась на кого-то и продолжила идти, не сбиваясь с шага.

За спиной раздавался веселый гул. Смех и разговоры, громкий плеск.