Скованные

Достаточно не пересекаться, не контактировать, не видеть друг друга и никакой тяги не будет. Можете спокойно строить личную жизнь, с кем пожелаете.

Звучит отлично. Просто супер. Если бы не куча "но".

— Вчера я набросилась на него, а потом у меня случился провал в памяти.

Малин тоже в стороне не остался.

— У меня сводит челюсть от желания оставить метку.

— Мы относительно спокойны благодаря крему.

Кристмал подтянулся.

— Маскируете запах? Рад узнать, что у бывшей коллеги все в порядке, — он улыбнулся. — Личное запатентованное изобретение Клариссы Бэримор. Ушла на пенсию несколько лет назад, чертовски жаль. Так что вы говорите, теряете память и сводит зубы? Интересно…

Выходит, странная старушка когда-то работала с истинностью?

Нет, не отвлекаться! Все внимание на Кристмала.

— Как от нее избавиться? — напряженно повторила изначальный вопрос.

Профессор положил руки на стол перед собой, подался вперед.

— Истинность не выключается по нашему желанию. Это химический процесс в организме. Говоря простым языком, иногда его получается замедлить, и со временем он угасает сам. Иногда его удается остановить бесповоротно, часто с последствиями: импотенцией, фригидностью, бесплодием и другими малоприятными проявлениями.

Мы с Малиным переглянулись.

Мрачная перспектива.

— "Часто" не значит гарантировано, так?

Я не стану сдаваться. Пока есть шанс избавиться от истинности, я не отступлю.

— Не значит, но о рисках я предупредить обязан. Возможна обратная ситуация: истинность усиливается, вплоть до сумасшествия.

Еще одно столкновение без сговора с бледно-желтыми глазами. Малин шумно и будто бы с недовольством выдохнул.

— Предупредили. Что дальше?

Кристмал откинулся на спинку кресла, явно воодушевленный происходящим.

— Мне потребуется ваша кровь и слюна для проведения анализа. После я изготовлю препарат, он всегда индивидуален. Всего вы пройдете три этапа. После каждой таблетки будете сдавать кровь, я должен контролировать процесс.

Он вышел из-за стола.

— Пойдемте, спустимся в лабораторию, — Кристмал выпустил нас из кабинета, вышел последним и закрыл дверь. — Вы можете сомневаться до третьего этапа. Последняя таблетка запускает необратимые изменения, имейте в виду.

Профессор нажал на кнопку вызова лифта, а мы с Малиным снова переглянулись.

Чертова истинность. Столько проблем от нее.

Пока спускались вниз, чувствовала на себе взгляд Макса. Не поворачивалась, смотрела перед собой.

"Я не передумаю", — твердила мысленно в ответ на пристальное внимание.

Не факт, что именно с нами случатся последствия. Нет гарантий на отрицательный исход, как и на положительный. Я предпочитаю считать, что у нас все получится.

Мы вышли из лифта следом за Кристмалом. Он остановился у единственной двери.