Славянский викинг Рюрик. Кровь героев

Даже при первом взгляде было видно, что перед бодричами находилось не профессиональное войско, а народное ополчение, наспех собранное герцогом из окрестных деревень: одеты они были в звериные шкуры, в руках у них было довольно простенькое вооружение – мечи, пики, щиты. При приближении бодричей засуетились, стараясь выровнять строй. Издали начали обстреливать из луков, видно, нервы не выдержали подпустить поближе. По всему видно было, что это необученное и неопытное войско.

Прикрывшись щитами, бодричи медленно, но неуклонно шли на врага, в такт шага колотя мечами по железной обшивке щитов.

Рюрик видел, что такое настойчивое, равномерное движение закованных в железо морских воинов, звон металлического снаряжения и грохот мечей о щиты рождают панику среди врагов.

Когда до саксов оставалось не более двух десятков шагов, он выкрикнул приказ:

– Бегом! Дружнее, братцы!

Удар железной лавины был сокрушающим. Строй неприятеля дрогнул и в ряде мест прогнулся. От разгрома его спасло особое построение, которое применялось германскими племенами: каждый род образовывал клин, внутри которого царили взаимная поддержка и выручка; устояв после первого удара, такое войско могло держаться упорно и долго.

Началась ожесточенная рубка. Отряд Рюрика почти целиком состоял из его бывших дружинников, профессиональных воинов, которые каждый день обучались боевым приемам при княжеском дворце. Сейчас им это ремесло пригодилось в полной мере. Воины медленно продвигались, прорубая себе дорогу среди упорных, но неопытных неприятельских бойцов.

Наконец саксы побежали. Преследовать их не стали, не до этого.

Надо было срочно разбирать связки плотов и плыть дальше, потому что герцог мог подвести дополнительные силы. Отдав нужные приказания, Рюрик направился к судам. Обходя груды тел, он чуть не упал, поскользнувшись на влажном, скользком от крови щите. Вот ведь как получилось: он, Рюрик, сделал все, чтобы дело не дошло до кровопролития ни в монастыре, ни в городе, и все-таки сражение было навязано в самый последний момент.

Море встретило их тишиной и покоем. Нет, это даже не море, а озеро, спокойное, ленивое, и, насколько глаз может видеть – чайки плавают, словно белые уточки.

Пошли на веслах. Менялись через каждый час. Свободные от вахты отдыхали возле бортов, вели неторопливо разговор:

– У меня после вчерашней пирушки голова шире плеч…

– Да, ты вчера нажрался так, что «кыш» не мог сказать.

– Эх, молочка бы сейчас! – мечтательно говорит один из воинов.

– Козьего! – поддакивает ему другой, по имени Старыг.

– А козье молоко знаешь какое жирное? Мы дома корову держим, но все равно коза имеется.