Славянский викинг Рюрик. Кровь героев

Столы были завалены угощением, вино лилось рекой…

Перед отъездом Рюрик вел долгий разговор с Трувором. Он сказал, что намерен укрепить границы государства. Для этого в трех важных городах – Новгороде, Изборске и Ладоге – будут построены каменные крепостные стены, как это делается сейчас в Европе. Изборск прикроет Новгородскую землю от нападений с запада, а Ладога – от набегов норманнов с севера. Работа предстоит большая, потребуется много кирпича, а заводиков на все государство только два, да и те маломощные. Хочет он, Рюрик, на средства купцов и бояр построить их еще с десяток, за счет казны выкупать кирпич и доставлять его на стройки. В Ладоге дело возглавит Олег, а в Изборске – Трувор.

Скоро в Изборск пошел первый кирпич, и у Трувора появилась постоянная забота: возведение крепостной стены. Хотя в Новгородской земле на время строительства каменных стен было запрещено всякое кирпичное строительство, возведение сооружения шло медленно, кирпича не хватало.

Сначала Трувор с головой ушел в строительство, но потом оно ему надоело, и он перепоручил его другим людям. У него родилось двое детей, оба мальчика, он всем заботам предпочитал домашнее времяпрепровождение, забавляясь с малышами, любил подолгу поваляться в кровати и еще больше растолстел. Однако это не мешало Снеже по-прежнему горячо любить его. Он выстроил для себя терем – снизу кирпичный, а вверху деревянный, для жилья, потому что в кирпичном помещении воздух был сухой, а в деревянном – живительный, пахнущий смолой.

Как-то вечером к нему пришел воевода. Со всей семьей поужинал, а потом остался наедине с Трувором и стал негромко говорить:

– Делать надо что-то, князь, а то разор получится. Наведался я тут на днях на строительство каменной стены. По дощечкам и руническим письменам проверил счета. И знаешь что? Воруют, сукины дети! Откровенно воруют! И не по мелочам, а телегами недостает кирпичей на стройке!

Он перевел дух, так сильно волновался и переживал за стройку.

– Я пытался было вмешаться, да окоротил меня каменных дел мастер Одолбя. Подчиняемся мы, сказал он, только князьям Трувору да Рюрику. Так что возвернулся я ни с чем и вот к тебе пришел. Надо наводить порядок, а то стену никогда не возведем…

Трувор вызвал к себе Одолбю. Высокий, с серьезным сосредоточенным лицом мастеровой, к его удивлению, нисколько не отрицал случаев расхищения кирпича.

– Да, князь, – сказал он, – из того, за что заплачено из казны, привезена только половина, а может, и меньше.

– Как же ты, негодяй, – возмутился Трувор, – смеешь так смело заявлять мне об этом? Сейчас же верни те деньги, которые присвоил себе!

– Так мне крохи достались. Детишкам на молочишко. А остальное ушло в другие руки.