Смерть как искусство. Том 2. Правосудие

 – Подумать только!

– А у меня тоже была любовь, – тут же нарисовался Кот с очередным выступлением, – и, между прочим, несчастная. У моего дядюшки кошечка…

– У дядюшки? – переспросил Змей. – Это что, какая-то новая фигура? Про дядюшек вроде базара не было.

– Дядюшка – это дядя Илларион, наш с папенькой сосед по дому, этажом выше жил. И у него кошечка, зовут Нефертити, для близких – просто Нифа. Ах, как я ее любил! Как я страдал! – Кот картинно выгнул хвост и принял позу убитого горем Ромео. – Бог мой, как она была хороша! Сфинкс называется.

– Это еще что за явление? – спросил Камень.

 – Которые в Египте, что ли? Так они каменные. А чтобы кошка – я про таких не слыхал.

Ну, Камень-то, может, и не слыхал, зато Ворон своими глазами видел.

– Она лысая, – злорадно заявил он.

– Господи! – ахнул Камень. – Она больная, что ли?

– И морщинистая, – добавил Ворон радостно.

– Так она еще и старая? – не поверил своим ушам Камень.

– И вся трясется, – продолжал Ворон описание далекой возлюбленной Кота Гамлета.

– Может, у нее падучая? – предположила Белочка.

– И еще она горячая, как будто у нее высокая температура, – с глубоким удовлетворением закончил Ворон.

– Так у нее, наверное, лихорадка, – догадалась Белочка. – Ее надо срочно лечить.

Кот обиделся окончательно, дернул хвостом и скрылся за ближайшим кустом.

– Нехорошо вышло, – огорченно протянул Камень. – Получается, будто мы его высмеяли. У него настоящее чувство, а мы… Надо как-то извиниться, что ли.

– Еще чего! – каркнул Ворон. – С чего это мы будем перед ним извиняться? Больно надо. Я правду сказал, евонная Нефертити такая и есть, страшная, лысая и морщинистая, а на правду не обижаются.

– Это для тебя она страшная, а для тех, кто ее любит, она самая красивая кошка на свете, – укоризненно проговорил Камень.

 – И вообще, у красоты нет эталонов. Тебе, я так понимаю, и Гамлет наш не нравится, а по-моему, он очень симпатичный.

– Да красивый он, а не симпатичный, – прошипел ехидно Змей. – Самый что ни есть красавец писаный. А кому не нравится, тот пусть не любуется. Ты, Ворон, полетел бы да посмотрел, как там Нифа эта поживает, глядишь, Гамлет смягчится и простит нас.

Куст зашевелился, сперва показались длинные усы, потом половина Кота.

– Нечего там смотреть, – горестно изрек он. – Как любит говорить бабушка: не в этой жизни. Нифе для любви принесли совсем другого котика, правильной породы.

– А у вас что, порода неправильная? – изумился Камень. – Вы же такой красавчик – глаз не оторвать.

– Я – помесь мэнской и шиншиллы, я для Нифы не гожусь, – всхлипнул Кот. – Дядюшка разрешает ей только с такими же лысыми водиться. – Из его разноцветных глаз потекли слезы.

– Ну, и что там дальше было? – спросил Змей, чтобы понизить эмоциональный накал момента.