Варяг. Мечи франков

Варяги только успели закрепить швартовы, как справа по борту нарисовался драккар данов. И его капитан: хёвдинг, сын хёвдинга с сомнительным прозвищем.

— Красивый? Не слыхал. — Сергей усмехнулся. — Уверен, что это ты?

— Э-э… — Нурман поперхнулся уже приготовленной фразой.

— В зеркало на себя глянь, — посоветовал Сергей. — Твоей рожей лошадей пугать.

— Пугать? Да! Я грозный!.. Э-э… Почему лошадей? — Соображал нурман медленно.

— Ты не грозный, ты просто грязный, — уточнил Сергей.

Чистая правда. Судя по всему, нурман только что из вика и с гигиеной не в дружбе.

— А еще ты на верблюда похож, а лошади их боятся, — пояснил Сергей.

— Видел верблюдов? Как по мне, ты — вылитый верблюд.

Верблюдов нурман не видел. Но заподозрил: это не комплимент. И рассердился:

— Довольно болтать, юнец! Скажи своему старшему, чтобы убрал лодку с нашего места!

Собравшиеся позади Сергея бойцы недовольно заворчали. Обозвать лодкой драккар — прямое оскорбление.

Справа выдвинулся Дёрруд, но Сергей показал знаком: я сам. Он оценил нурмана и решил, что справится. Самое время показать миру, что Вартислав Дерзкий способен отвечать на угрозы, не прикрываясь «большими дядями».

Этот косматый громила — отличный вариант. Красивому на вид лет сорок, а браслеты на руках — серебряные. В общем не преуспел. Тем более для «хёвдинга, сын хёвдинга». Однако победить такого вот потомственного — самое то для поднятия авторитета.

— Я не назвался, — надменно процедил Сергей. — Не успел. Вартислав Дерзкий, хёвдинг из Гардарики.

И положил руку на бакштаг, демонстративно, чтобы нурман увидел пару золотых браслетов на запястье.

— Ты сказал, это твое место, хёвдинг. Может быть. Не знаю.

Я в Орхусе впервые. Но спорить с тобой мне недосуг. Так что я дам тебе за него отступное. Серебро. Не возражаешь?

Народ на чужом драккаре оживился, а вот за спиной ворчание усилилось. Ничего. Это ненадолго.

— Смотря сколько серебра… — нахмурил брови Тангбранд. Наверняка увидел золото на руке и раскатал губищи.

— Плата будет достойной такого, как ты.

«Скажите, девушка, вы готовы отдаться мне за миллион долларов наличными?» — «Да!» — «А за тысячу рублей?» — «Издеваетесь? Кто я, по-вашему?» — «Кто вы, стало ясно после первого ответа, осталось согласовать цену».

Тангбранд Красивый со средневековой версией этого анекдота знаком не был. Но в стереотип укладывался вполне."

"Сергей развязал кошель, отыскал в нем обгрызенный по краям византийский милисиарий и бросил его Тангбранду.

— Лови! Большего ты не стоишь, — сообщил он, завязывая кошель.

Монету Тангбранд поймал. На рефлексе. Поглядел на ее. Потом секунд пять осмыслял сказанное Сергеем.

Осмыслил.

— Ты умрешь, юнец, — сообщил он спокойно. — Прямо сейчас.

А вот торопиться не надо. Неправильно это.