Смола
Над грудой мусора возвышался кормоуборочный комбайн, похожий на красного динозавра, свысока осматривающего панораму доисторического металлолома.
Комбайн был здесь не единственным животным. При виде крысы, бегущей по трубе, Роальда затрясло. Повсюду был шорох. От ветра в воздухе парили клочки бумаги, со стола улетали картонные коробки, под умывальником ходили ходуном пластиковые бутылки, рулоны бумажных полотенец сами разворачивались и сворачивались. Гармоничное само по себе здание правой пристройки – с двумя окнами и двумя дверьми – было изуродовано отвратительной обстановкой вокруг.
Чтобы подойти к главной двери, Роальду нужно было протоптать себе путь среди кучи мусора – прямой дороги не было. Но внезапные звуки отвлекли его, и он обратил внимание на хлев в правой части двора. Это было каменное сооружение, находившееся в таком же плачевном состоянии, как и сам дом.
Роальд растолкал стоявшие на пути вещи и пошел прямо к главной двери сарая. Один из засовов не был задвинут – Роальд заглянул внутрь и увидел лошадь серой масти. Ее слишком тонкие шея и голова свешивались вниз, как будто их придерживала невидимая веревка. Животное тяжело дышало и издавало еле слышные стоны. По доносившимся из сарая звукам Роальд понял, что там были и другие животные: кто-то переминался с ноги на ногу, кто-то вздыхал, кто-то пищал.
Из глубины сарая донесся легкий писк. Роальд обошел здание, чтобы посмотреть, что это было. В курятнике стояла одна-единственная курица с грязными перьями и пыталась издать какой-то звук. У нее был безжизненный взгляд, наверное, потому, что все, что она видела вокруг, были ее мертвые сестры – пять ощипанных куриц с таким же пустым взглядом.
За хлевом было поле, но на нем Роальд увидел только пару ворон и три черных пакета, реющих по осенней траве от дуновения ветра. Еще дальше лежало что-то похожее на мертвое животное с рогами. Или его останки. В любом случае оно уже не двигалось.
















