Смола

Обнаружив у стены морозильный ларь, Роальд понял, что нашел самый страшный источник зловония. Световой индикатор на нем не горел, но в нем точно лежали продукты, потому что от него отвратительно пахло протухшим мясом. К своему огорчению, Роальд осознал, что проверить содержимое невозможно, поскольку морозильный ларь был завален вещами, в том числе – огромным старым телевизором, который весил не меньше тонны. Телевизор был покрыт толстым слоем пыли, поэтому Роальд боялся даже предположить, как долго морозильный ларь был выключен.

На мгновение Роальд задумался, не нужно ли ему поторопиться в Корстед за полицейским и ветеринаром.

Ветеринар мог позаботиться о животных в хлеву и мертвой Иде. Теперь Роальд не справится один, прикрываясь собакой и капканом. Кто-то должен помочь ему. Внезапно он обнаружил, что стрелы нет. Должно быть, он оставил ее у двери за горшком.

Происходящее никак не укладывалось у него в голове. Никто не может жить в этом доме в таких условиях, но кто-то точно сюда приходит. Стало быть, приходит мальчик, раз украденные недавно вещи были в доме.

Кто же пустил стрелу?

И где Йенс Хордер и его жена? Никто не заботился о животных, дом был запущен и закрыт, словно из него давно все уехали.

Но Хордеры никуда не переезжали, иначе почтальон бы знал об этом.

Роальд вспомнил о странном звонке, поступившем в трактир. Был ужин накануне Рождества. Подавали фирменную сельдь, к тому же он уже немного выпил, поэтому слушал невнимательно. На том конце провода спрашивали Йенса Хордера или его мать. Больше он ничего не помнил.

Он увидел еще одну дверь, вероятно – в кухню. Роальд не был уверен, что хочет открывать ее. «Здесь нужны профессионалы», – решил он.

Всему есть предел, и он не может совать нос в чужие дела. Даже несмотря на то, что за последние полчаса он даже не приблизился к разгадке истории с мальчиком.

Конечно, он может постучать в главную дверь, когда будет уходить. Ему вряд ли кто-то ответит, но по крайней мере он сможет успокоить себя тем, что попытался. Хоть немного.

Роальд хотел уже было идти обратно, но вдруг услышал их. Звуки.

Он был так занят тем, чтобы сделать глоток свежего воздуха, устраниться от запаха и мыслить ясно, что его слух на время отключился. Все вокруг шуршало, скреблось и трещало.

Теперь он услышал. Особенно громко двигалась на полке пачка хлопьев.

Роальд пристально смотрел на пачку. Вдруг что-то запищало. Крысы? Мысль о том, что этот дом полон крыс, была невыносима. С мышами – в небольшом количестве – он мог справиться. Но крысы…

Он сделал шаг в направлении двери, но внезапная мысль остановила его. А что, если здесь кто-то лежит? Когда-то у Роальда был друг, который так и не смог простить себя за то, что однажды проигнорировал тишину в соседней квартире.