Сокровище

А поскольку я на несколько секунд отвела от них взгляд, я понятия не имею, что это было.

Мне хочется послать все это к черту, ведь я нужна Хезер, но этот взрыв кажется мне важным. Как и ураган, который сейчас формируется над Атлантическим океаном.

– Ты в порядке? – кричу я ей, подавшись вперед, чтобы попытаться разглядеть последствия взрыва на вдруг ставшем цветным экране телевизора передо мной. – В чем дело?

Хезер не отвечает, и, бросив на нее взгляд, я вижу, что она по-прежнему пишет, несмотря на то что по ее лицу текут слезы.

Я бросаю взгляд на ее экраны, хотя и не могу себе этого позволить, и, когда фокусируюсь на том из них, который из черно-белого стал цветным, мне становится ясно, что так расстроило ее. В Марокко произошла ужасная авария со школьным автобусом, в которой погибли и были тяжело ранены десятки маленьких детей.

– О, Хезер, – говорю я. – Мне так жаль.

– Эта работа просто отстой, – ворчит она. – И весь этот гребаный мир отстой! Какого черта мы все время лезем вон из кожи, чтобы спасти его?

Она машет рукой в сторону экранов, чтобы подчеркнуть смысл сказанного. И я понимаю, что она имеет в виду. Господи, как я ее понимаю. Сидя здесь и глядя на все это, я вспоминаю, как мои родители, когда мне было двенадцать или тринадцать лет, отвезли меня в Вашингтон, округ Колумбия, и сводили во множество клевых музеев. Один из них был посвящен всему, что имело отношение к новостям. Там была куча классных экспозиций, но больше всего мне запомнилась та из них, которая включала в себя все фотографии, получившие Пулитцеровскую премию. Все лучшее и все худшее в человеческой природе, собранное на одной стене.

Эти телевизионные картинки – все эти события, происходящие с людьми по всему миру, – похожи на ту экспозицию. Лучшее и худшее из того, что происходит в мире, и люди, из-за которых это совершается и которые это совершают, – и все это идет на стене перед нами и ожидает, чтобы мы это записали… или не записали.

Это тяжело. Не только плохое, но и хорошее. Лучшее, на что мы способны как люди, соседствует с худшим, что мы творим. Как это можно вынести, как это может не подавлять?

Неудивительно, что Хезер плачет. И я уверена, что скоро заплачу и я.

Вот только на это нет времени. В океан рядом с Пуэрто-Рико только что упал самолет. И только что вышла статья об одном североамериканском лидере, которая либо вызовет скандал, и этот скандал потрясет всю страну, либо будет полностью проигнорирована. Так что я не знаю, что мне делать с ней.

После информации о статье следует картинка шумного празднования дня рождения семилетнего мальчика в Берлине.

Затем пациент в больнице в Экваториальной Гвинее заражается геморрагической лихорадкой Марбург.