Сокровище

После нападения этих чертовых пчел я хочу иметь все доказательства – и на постоянной основе.

Его смешок звучит тихо, но он все-таки смеется.

– Ты умеешь убеждать.

– Я думала, что ты умер. – Я хотела произнести это беспечно, небрежно, но мой ответ звучит совсем не так. Вместо этого мой голос дрожит, и в нем звучит ужас.

Он заставляет себя сесть, и, хотя в нем нет и следа его прежнего изящества, а его лицо и руки распухли от укусов пчел и ударов лап медведя, мне он все равно кажется прекрасным. Сам он, разумеется, смотрит на меня так же, и я понимаю, что выгляжу еще хуже, чем он. И все же, если бы я не была уверена, что это сделает ему больно, я бы обняла его и прижала к себе так крепко, как только могу.

Я осторожно касаюсь лбом его груди – на сей раз не для того, чтобы услышать его сердцебиение, а просто для того, чтобы ощутить его близость. Чтобы почувствовать, как вздымается и опускается его грудь, когда он дышит.

Вокруг нас начинают приходить в себя и остальные. Нет, они не встают, но приходят в сознание. Флинт чертыхается, превращаясь в человека из той ипостаси получеловека-полудракона, в которой он пребывал все это время.

Джексон со стоном переворачивается с живота на спину.

Хезер судорожно втягивает ртом воздух, махая руками и будто пытаясь отогнать этих чертовых пчел, а Иден и Мэйси вообще не шевелятся. Я знаю, что они очнулись, только по тихим стонам от боли.

Реми сел на полу, как Хадсон и я, но вид у него ужасный. Его заплывший глаз выглядит еще хуже, чем прежде, – хотя мне казалось, что хуже уже некуда, – и из него ручьем текут гной и кровь.

Ему нужна медицинская помощь – нам всем нужна медицинская помощь, но сейчас стоит думать не об этом, а о том, как во второй раз выбраться из этой тюрьмы.

Но нет, она ничего не сказала.

И преспокойно отправила нас ей навстречу, вручив только изысканные флаконы и надеясь, что мы уцелеем. А может, не надеясь. Когда имеешь дело с богами, ничего нельзя сказать наверняка.

Я делаю глубокий вдох. Да, я точно выскажу своей бабушке все, что думаю по этому поводу.

Но пока что я просто рада тому, что мы живы. И что мы добыли Небесную Росу. Теперь все будет хорошо. И Мекай поправится.

Флинт кашляет и тут же стонет от боли. А я просто сижу рядом с Хадсоном, пытаясь придумать, что нам делать. И как найти медицинскую помощь для моих друзей и для меня самой.

Да, я знаю, что у сверхъестественных существ все заживает быстро, особенно у вампиров и перевертышей, меняющих обличья, но я не уверена, что они смогут поправиться достаточно быстро, ведь их травмы очень серьезны. К тому же Мэйси и Хезер это не поможет.